***

На берегу задумчивой Кубани,
Где степь дрожит под пламенем дневным,
Я часто предавался размышленью
О времени, бегущем, словно дым.

Смотрел старик на дальние просторы,
Где небо слилось с линией полей,
И в складках лиц, изрезанных годами,
Читалась повесть прожитых им дней.

В руках его баян дремал безмолвно —
Свидетель лет, исчезнувших во мгле,
Как будто голос прошлого казачьего
Ещё хранил он в старом серебре.

И говорил старик неторопливо:
«Не вечен человек под небом сим.
Уходят поколенья молчаливо,
Как тает утром степи лёгкий дым.

Но есть одно, шо времени не властно:
Любовь к земле, где сделан первый шаг.
Пока она живёт в сердцах потомков,
Не будет сломлен ни народ, ни стяг».

И слушал внук. Над ним кружило лето,
И ветер нёс полынную тоску.
Он был ещё ребёнком беззаботным,
Но сердцем прикасался к старику.

Тогда баян внезапно отозвался,
И звук поплыл над степью голубой,
То был не просто напев старинный —
То предков голос говорил с душой.

Я думал: сколько судеб канет в Лету,
Сколь многих поглотит забвенья тень,
Но тщетно всё, когда в душе людской
Не гаснет память прошлых поколений.

Пускай бегут года неудержимо,
Пускай меняют люди путь и кров,
Есть счастье выше славы и богатства —
Быть верным краю дедов и отцов.

И потому над тихою Кубанью,
Где вечер красит золотом поля,
Живёт незримо связь времён и судеб,
Как вечная казачья песнь жива.