Путь. Часть 3. Колясик

Получил повестку — срочно явиться в военкомат.
В том, что происходит, я не виноват.
Не пошёл. Просто послал.
Это не моя война.
Не хочу, чтоб за меня кто-то решал.

Потом вторая повестка, и ещё одна.
Я их не читая выбрасывал — решил не париться.
Ждал, когда полиция явится.

Молодой сержант орал и брызгал мне в лицо слюной,
тыкал в грудь пальцем — бык надувной:
«Там за лентой гибнут пацаны,
а ты тут под юбкой прячешься от войны».

Я сказал: «Пошёл на хрен. Сам разберусь».
Тот вскинулся и упал.
Я с трёх лет дерусь.

Осудили за уклонение, плюс терпила-мент.
По совокупности суд огласил: реального — пять лет.
Так и думал. Рассчитал всё грамотно, технически —
у меня же высшее юридическое.

Я выбрал сидеть — это тоже сбежать.
Бежать туда, где мне не придётся стрелять,
где в меня никто не будет целиться.
Плата — пять лет. Это не дорого.
Получилось — даже не верится.

А недавно в лагерь прилетал человек из Вагнера.
Так всё раскидал — отдыхают Познер с Вайнером.
И ведь поехали даже люди с Грозного,
кто свободы хотел, у кого сроки серьёзные.

Я вот думаю: их сотня с лихером,
тех, кто мог отбывать по-тихому.
Неужели свобода им жизни дороже?
Или просто уверены, что так положено?

А мне и своя, и чужая жизнь дорога.
Для меня страшнее не свою жизнь потерять,
а отнимать её — даже у врага.

Лучше я отсижу. Всяко, по-разному.
А война — явление вообще безобразное.
Это аксиома: жить все хотят.
Только цена жизни для всех разная.

Так ведь?