Монолог. Видение на вершине Белой Башни

(На сцену стремительно выходит Герой. Он тяжело дышит, рука прижата к груди, где бешено колотится сердце. Взор его устремлен ввысь, словно он все еще созерцает ускользающий призрак заоблачной террасы.)

О, дивный сон! Извилистый полет!
Предстала изваянием из мела
Белейшая из Башен. Ввысь и ввысь
Вела тропа гранитных тех ступеней.
Я восходил. А мимо, как туман,
Текли безмолвно тени из Былого.
Все те, с кем я делил и хлеб, и кров
В минувшие года... О, хладный взор!
Они прошли, не разжимая уст,
Оставив мне лишь гул моих шагов
Да тишину в преддверии финала.

«Успеть! Скорей! Наверх! Там кто-то ждет!» —
Стучало в темени. Пролет, еще пролет,
Виток ступеней, к самым небесам!
И вот — конец. Последняя площадка.
Вдруг — страшный гром! Медвежий рык грозы?
Нет, то не небо разразилось карой, —
То барабан спешащего безумца,
То сердце бьется в клетке из костей!
Я вылетаю птицей на балкон,
На сей террасы царственный помост!

Взгляните, боги! О, какой закат!
Под нашими ногами — глубь долины,
Где зелень трав венчается пурпуром,
И солнце тонет в пламени костра!
А там, за горным, яростным хребтом,
Морская гладь ласкает синий взор,
Играя бликом на хрустальных волнах.
И ветер веет — свежий, ароматный,
Смывая пыль под птичий нежный щебет!

И там, у края... О, святое чудо!
Стоит Она. Зеленый шелк одежд
Трепещет на ветру, как лавров ветви.
Я знаю этот дух! Она! Мой свет!
Она ждала меня сквозь толщу лет!
Я устремляюсь... Дева повернулась...

О, царственного лика плавный контур!
О, медь волос! В благословенных прядях
Запутался последний луч заката,
Горя червонным золотом искристым!
А очи... О, изменчивый чертог!
То зелень нимф, то пепел серых скал,
То тень ореха — цвет меняет силу,
Внимая тайнам сердца моего!
И на устах — улыбка. Так ласкают
Лишь тех, кто дорог, кто любим душой.

И хлынула волна! Нежнейший ток
Покоя, пониманья и блаженства!
Растаял страх, умолкнул лютый рок,
И воцарилось истинное королевство
В моей груди. Тончайший дух лаванды
Окутал разум... Тихо шепчет ночь...
Постой! Продлись!.. Но чары смыты прочь...