Владимирская икона

На старой доске из трапезной Иосифа,
Где некогда Сын преломлял Свой сухарь,
Лука прикоснулся кистями неброскими
К лицу, что веками прославит алтарь.
И Матерь взглянула, и тихо благословила,
Сквозь призму грядущих страстей и скорбей.
В той краске дышала Небесная Сила,
Смирение Бога и верность людей.
Она сквозь столетия шла на чужбину,
Из Византии в Вышгородский край,
Пока Боголюбский не вывез святыню
Во Владимир-град, где сиял её рай.
Там кони застыли, идти отказались —
То знаменем вышним зажглось на заре.
И стены Успенского храма поднялись,
Чтоб образ светил на высокой горе.
А после, когда наполняли тревоги
Московские земли и стены Кремля,
Когда Тамерлан шёл суров по дороге,
От страха крестилась и плакала вся земля.
Навстречу святыне, крестами сияя,
Шёл люд со слезами, моля о живых.
И дрогнуло войско врага, отступая,
Пред ликом Царицы и слуг Её святых.
Всмотрись в этот образ нежнейшего чувства:
Младенец щекою к щеке припадает,
Ручонкой за шею… Живое искусство
Любовь и прощение миру являет.
Но очи Марии — бездонное море,
Там грусть о Распятии, знание дней…
Она принимает и радость, и горе
И молится вечно за наших детей.
Стоишь ли в тиши того старого храма,
Где ныне лампады пред Нею горят,
Иль шепчешь молитву в минуты обмана —
Утешит Тебя Её ласковый взгляд.
Заступница Руси, Стена Негасимая,
Сквозь пламя пожаров прошедшая в свет,
Храни же наш мир, Богородица милая,
Даруй нам Твой тихий и вечный рассвет.