III. Побег

Телефонный звонок. Я случайно оказалась дома, беру трубку.
— Алло.
— Привет. Как дела, красотка?
— Гоша, ты? Что-то случилось? У меня всё нормально.
— Ничего не случилось. Ты хотела уехать. У нас предложение. Мы едем в Москву через Крым на машинах, неделя путешествия. Айда с нами. Выезжаем в пятницу, через шесть дней. Решайся, вещи поместятся мне в машину.
— Я согласна.
В секунду пришло понимание, чем был этот телефонный звонок.

Мне 19 лет. Я учусь на втором курсе института на отлично по всем предметам, живу с родителями в ненавистном мне городе, доме, районе. Моя жизнь должна быть где угодно, но только не здесь. В Москву я уже ездила на олимпиаду по математике... У меня был роман там с Мишей... Миша... Я ему напишу, обязательно напишу.
6 дней... Поразительно, что может сделать человек за шесть дней, если у него есть цель. Я сдала два экзамена, чтобы перевестись на заочное, взяла академ-отпуск.
Я тихо собрала свои вещи. Это были преимущественно книги, рукописи стихов, одежда.
Я нашла деньги у родственников.
Всё складывалось удачно. В ту пятницу родителей не было дома. Мама прилетала из Сирии, и отец должен был встретить её в другом городе в аэропорту.
Все мои на тот момент годы были прожиты в тотальной нелюбви. Родители не любили друг друга, нас, а мы — их. Все жили своей закрытой жизнью, каждый в своей капсуле.
У меня внутри был встроен в ДНК сценарий, как жить и любить правильно. В своей дальнейшей жизни я его полностью отыграла.

Брат гулял... Машины подъехали в восемь вечера. Ребята загрузили вещи. Я окинула взглядом дом, написала записку и уехала. Что было в записке, я уже не помню. Её прочитал брат — он упал в обморок от неё. Что дальше происходило у них там, я не знаю, да мне никто и не рассказывал.
Мы поехали через Краснодар. Ехали всю ночь. Мне было тревожно, казалось, что за мной погоня... Утром были в Феодосии... Вот тогда был пересечен рубеж, жизнь навсегда разделилась на «до» и «после». Крым был прекрасен в начале октября: серпантины дорог с растениями, которые уже окрашивались в осенние краски. Отсутствие жары. Ощущение новой планеты — не визуальной, а эмоциональной, где красота смешивалась с самостоятельностью, смелостью и ответственностью выбора; она как бы подчеркивала собой правильность решения. Спустя годы мои родители не раз мне говорили, что я сделала правильно тогда. Парадокс этой жизни.

У нас была отличная компания, мы друг друга знали давно. Могли ли мы доверять друг другу — неизвестно, но вот тогда, это были для меня лучшие люди.
Всю свою жизнь я умела и умею делать хорошо одно — выбирать людей в свою жизнь. С годами негативные черты характера эволюционировали, и настоящие друзья стали родными и близкими на долгие годы.
За неделю мы объездили почти все достопримечательности Крыма, на сутки останавливаясь в каждом из населенных пунктов. Впоследствии путешествуя по миру, так и не получилось воссоздать тот пласт эмоций и впечатлений, как от той поездки: ту концентрацию атмосферы, интереса и удовольствия «на нерве», когда страх будущего перемешан с тем потрясающим настоящим, здесь и сейчас.
Мне хотелось бы повторить это путешествие, выбрав самого неоднозначного человека себе в компанию, чтобы была примесь его сложности, и повторить этот маршрут, который стал почти сакральным.

Я помню дорогу, когда приближались к Москве. Вот именно тогда я поняла, что вот здесь буду жить. Это то самое место из детских размышлений, из прочитанных книг. Эти огромные ели, березы, лесные массивы по бокам от трассы. Какой-то совсем иной, мой личный мир. Было ощущение, что я еду домой.
Я позвонила родителям через пять дней. Мы нормально общались по телефону в течение всего периода. И даже тогда, в 19 лет, я смогла жить одна. Больше с тем городом N меня не связывает ничего, кроме детских воспоминаний.