Звал её лесною ланью

Звал её лесною ланью,
Светом тихим над рекой,
Укрывал своей любовью,
Заслонял от бури злой.
Звал весенним дуновеньем,
Песней ранней тишины,
Но за каждым восхищеньем
Гасли светлые мечты.

Ты хотел увидеть волка
Вместо любящей души.
Рвал её до боли тонко,
Повторяя: «Не дрожи!»
Но волчицы не родятся
Из израненных сердец.
Так любовь уходит в вечность,
Так приходит ей конец.

День за днём всё жёстче стали
Лёд в глазах и сталь речей.
«Стань сильнее!» — отражали
Сотни яростных свечей.
«Стань быстрее! Стань опасней!
Слабость выжги до конца!»
И тускнел всё чаще ясный
Свет любимого лица.

Не было ни крика и ни боли,
Ни кровавого следа.
Просто сердце понемногу
Остывало навсегда.
Слышишь шаг во тьме бездонной?
Это вовсе не она.
Это память обречённо
Возвращается одна.

Это пепел бывшей веры,
Это след былой любви,
Что сгорела в полной мере,
Не оставив слов живых.

Средь руин былого счастья,
Средь осколков прошлых дней
Бродит лань, что стала частью
Чьих-то призрачных идей.
Он хотел увидеть волка,
Закалённого в борьбе,
Но навеки потерял ту,
Что доверилась судьбе.