Восемьдесят третье...

- Привет. Сегодня дождь мне смотрит в окна.
- Привет. Он от меня, прошу, не прогоняй.
- Я теплого ждала, а твой до ужаса холодный.
- Остыл. Его принес холодный нынче май.

- Ты как? Опять курил в распахнутые окна?
- Ну да. Я слушал то, что скажет этот дождь.
- Ну ясно, слушай, ты там не голодный?
- Да сыт, как у камачи, этот, знаешь, главный вождь.

- Шути, шути, камачи предводитель.
- Да всё в порядке, правда, как сама?
- Белиберду читаю, днем хотелось выйти.
- В проем двери, надеюсь, а не на метле в проем окна.

- Дурак. Мне крем от Воланда в доставке задержали.
- Ну спрос велик, понятно, что потом?
- Потом? Работа — дом, работа — дом. Такое.
- Судя по голосу, мадам, вы не побрезговали сном.

- Вы правы, сударь, только зависть вас не красит.
- Да я же так, чтоб чувство это вовсе не забыть.
- А хочешь, можем взять и просто поскандалить?
- Ага, по громкой связи там и здесь посуду будем бить.

- Скучаешь?
- Да.
- Зачем?
- Не знаю. Что, не нужно?
- Наверно, нужно, это... Ты скучай, скучай.
- Без скуки жить, ты знаешь, как-то очень скучно.
- Греми потише, ложкою размешивая чай.

- Вторая линия. Наверно, снова эти.
- Из пенсионного? Ну да, пора, мой друг, пора.
- Ха-ха. Ну слушай, надо всё-таки ответить.
- А вслед за пенсионным пациенту позвонили доктора.

- В здоровом теле и сарказм под стать.
- Не жалуюсь. Спасибо.
- Я побегу, потом перезвоню.
- Постой, вот вроде дождь, но за окном особенно красиво.
- Послушай дождь, он скажет то, чего пока тебе не говорю.