Поэтрис-4. Голосование

Приветствую участников конкурса «ПОЭТРИС» и гостей нашей поэтической площадки.
Строки стихотворения, спрятанные в коллаже, были разгаданы почти всеми участниками – и это особенно приятно. Совсем скоро появится пост с ответом и дипломами, а пока начинается следующий этап конкурса – голосование.
С конкурсным заданием можно ознакомиться здесь:

http://stihi.ru/2026/05/24/4132

Теперь – к голосованию.

В этом туре действует система, при которой основная пятёрка формирует список фаворитов, а дополнительные отметки позволяют поддержать и другие сильные тексты – особенно если лонг-лист получился большим.

Как голосуем:
Каждый участник составляет шорт-лист из 5 лучших, по его мнению, стихотворений.
Баллы распределяются так:

1 место — 3 балла
2 место — 2,5 балла
3 место — 2 балла
4 место — 1,5 балла
5 место — 1 балл

Одинаковых мест быть не должно.

Дополнительные отметки:
При желании можно отметить ещё несколько понравившихся работ вне основной пятёрки.
Каждая такая работа получает по 0,5 балла – без распределения мест.
Максимальный объём одного шорт-листа – 9 стихотворений: 5 основных + от 0 до 4 дополнительных.

В теме письма укажите: «Голосование».
Голосование продлится до 6 июня включительно.

За внеконкурсное стихотворение не голосуем, но ему можно подарить симпатию, если оно понравилось.

Автор, не приславший шорт-лист, к сожалению, выбывает из распределения призовых мест.

Шорт-листы отправляйте на:
olivvla@yandex.ru
Пусть чтение будет внимательным, а выбор – вдохновенным.

Спасибо каждому, кто участвует, читает и поддерживает поэзию своим присутствием.

~~~

1. Кварцевая плеть

   Текут, текут песчинки,
   В угоду бытию,
   Крестины и поминки
   Вплетая в нить свою...
   Юргис Балтрушайтис, «Песочные часы»

У стеклянного плена – узкое горлышко,
немеют песчинки-слова и девчушка-голышка
просыпается в узкий лаз.               
Раз…

Не успеешь напомнить времени резвому:
— Без спешки, пожалуйста! – мигом оно растрезвонит,   
что опала листва.
Два…

Вершится обряд бесстрастно и вежливо.
А зимы всё чаще теперь пофигизмом дождливы.
Ну а нить-то – жива, смотри!
Три-
надесятое царство  кварцевым сыплется               
песком перевёрнутой кем-то безжизненной плети.
Прирастила Моне к Басё…
Всё.


2. Барханы...

Раздастся крик, и собранный песок
В барханах будней золотой песчинкой
Запустит новый жизненный поток,
И чья-то воля подведёт итог
Пустым быльём, очередной пылинкой.

В часах судьбы всего лишь три горсти
Того песка загадочной пустыни,
Где средь барханов предстоит нести
Тяжёлый крест на жизненном пути,
Круги обрезав тонкой пуповины.

Листвой пожухлой дни календаря
К ногам слетают будничным убранством,
В ладонях – крохи счастья втихаря,
И горестей стальные якоря
Хранятся с неизменным постоянством.

Лишь три колодца с ключевой водой:
Любовь, семья и тихая обитель.
Не заплутай на улице кривой,
Не унести, что нажито, с собой,
Со строгостью о прошлом не судите.

Крупа последних отведённых дней
Калейдоскопом пронесёт по жизни,
Сравняв морщинок высохший ручей,
Пройдёт по перекрёсткам сентябрей
Твоей дорогой до счастливой тризны...


3. Время-песок

Не повернуть песчинки вспять,
Текут мгновениями в вечность.
Они так зримы и беспечны,
А мне бы миг не потерять.

Цепляясь за минувший час,
За день, который на исходе,
Огонь, что ярок и свободен –
В душе взволнованной угас.

И взглядом молча провожу
Последний миг на сцене жизни.
Исчезну тихо в закулисье,
Ведь здесь я больше не служу.


4. Вчерашняя

Вчерашняя девочка смотрит на счастье,
тихонько стареет. Песчинки времени
легко сортирует, как выцветший пластик,
с часами подолгу ведёт полемику.

Вчерашней девчушке так хочется лета,
на радость, на встречи безмерно плотного.
Оно ж заплутало, наверное, где-то,
надежду и веру песчинки отняли.

Куда непосредственность милая делась?
Исчезла давно из неё, сегодняшней.
Девчонка до крови сражаться умела,
да только забыла такие тонкости.

А время печально и верно уходит,
и давит на мысли быльё вчерашнее.
Но девочка против. Конечно же, против!
Стареть не умеет, немножко страшно ей.


5. Транжира

Невозмутимые песочные часы,
всё сосчитав, опять перевернутся.
Их каждый жест и важен, и красив,
и выверен, отлажен до занудства.

А я – живая. Что года считать?
Смотреть на мир хочу намного шире.
Напишет возраст мне смешной плакат:
«Какая ты ужасная транжира!»

Прости меня. Научена любить
и настоящее, и день минувший.
Часы в кладовку спрячу. Без обид!
И время остановится... Так лучше!


6. Женщина в белом
 
  Текут, текут песчинки
  В угоду бытию,
  Крестины и поминки
  Вплетая в нить свою...
   Юргис Балтрушайтис, «Песочные часы»
 
Сквозь детство годы, как песочек,
Летят… не удержать руками…
Но с возрастом и дни, и ночи
Горчат осенними стихами…
 
И словно кадры киноплёнки
Прокручивают мелодраму:
От обаятельной девчонки
До седовласой, взрослой дамы.
 
А жизнь идёт попеременно
То в сером, то в медовом цвете,
Но в белом платье непременно
Она выходит на рассвете.
 
И волны, бесконечно споря,
Склоняют перед ней колени.
Подолгу вглядываясь в море,
Она пролистывает время…
 
Мелькают вспышками мгновений:
Прогулки в море… лёгкий катер…
И тёплый бриз прикосновеньем
Играет с белым шёлком платья.
 
Оставит на щеках слезинки
Безжалостная быстротечность…
И сверху-вниз бегут песчинки,
Минуты складывая в вечность…


7. У кромки моря

У кромки моря – времени граница.
Выписывает пена кренделя.
Стоят друг против друга две частицы
планеты с нежным именем Земля.

У внучки – взгляд сияющий, как лето.
Её мирок доверчив и упрям.
У бабушки – закатный отблеск света
в глазах и мир, открытый всем ветрам.

В руках у старшей – хрупкое стекло да
текущий вниз пронырливый песок.
И кажется: сейчас сама природа
отмеривает каждый волосок.

Песчинка за песчинкой – как минуты...
Рожденье, первый страх, ночная боль…
Пока любимы и нужны кому-то,
стараемся дарить свою любовь.

Старушка знает: всё однажды канет –
песчаный берег, ласковый прибой,
и даже эти радужные камни
с ракушками нельзя забрать с собой.

А девочка пока не понимает,
что держит не часы – саму судьбу.
Как сладко быть милашкой в нежном мае,
как просто без печалей и табу!

Расплавленный янтарь и позолоту
льёт солнце, освещая путь иной:
от детской беззаботности – к цейтноту,
от зрелости – к свободе неземной.

И хочется стоять у моря долго,
пытаясь миг единства сохранить.
Что есть любовь? Иллюзия? Не только –
меж душами связующая нить.


8. Ландыш белоснежный

   И в смене дня и ночи,
   Скользя, не может нить
   Ни сделать боль короче,
   Ни сладкий миг продлить...
   Юргис Балтрушайтис

Сегодня набрела в лесу
На ландыш белоснежный.
Его домой не отнесу, –
Пускай растёт неспешно.

Пускай колышет ветерок
Его живые чаши,
Как жаль, что только краткий срок
Отмерен жизни нашей!

Ведь всё, что дышит и цветёт,
Уходит безвозвратно:
И день, и май, и птиц полёт,
И летний запах мятный.

Мы просим время: «Не спеши,
Жизнь слишком скоротечна!»
Но было б ценно для души
Всё то, что длится вечно?

Пройдёт всего лишь пара дней —
Увянет ландыш нежный,
И потому так дорог мне
Цветочек белоснежный.


9. Покачнулся трамвай

Я вдохнула девчонкой – с билетиком мятым,
с рюкзаком, где тетрадки и пончик на завтрак.
Жизни путь представлялся огромной наградой,
как театр без антракта и местом бесплатным.

Я вдохнула девчонкой украдкой. Неловко
шарф поправив и чёлку дрожащей ладонью,
будто жизнь начиналась с другой остановки,
и встречали меня там с теплом и любовью.

Покачнулся трамвай и весь мир вместе с нами,
в окнах плыли из жизни отрывками сцены.
Я держалась за поручень, не понимая,
Детство, юность и старость - всей жизни ступени.

Я вдохнула девчонкой... Дышать не успела:
Сразу выдох и жизнь пролетела мгновенно.
Сумка с хлебом, кошачьей едой и газетой,
проездным,
молоком и котлетой к обеду.

А трамвай всё идёт,
как тогда, по маршруту.
Люди входят, выходят,
сменяются лица...
Кто-то встанет и молча мне место уступит...
Как же сложно со старостью мне согласиться.

Там за окнами вечер ложится на плечи,
в темноте чётким контуром светится юность.
Я мечтала: с девчонкой
назначить бы встречу.
Но она, вдруг смутившись в ответ, отвернулась.

В том трамвае пустом, где качается время,
я улыбку её сохранила на память.
Нам не встретиться – в разных вагонах мы едем:
Там девчонка смешная, здесь – взрослая дама.

Но сквозь сумрак вечерний, прозрачный и синий,
я увидела вдруг – без утрат и обид:
не уходит девчонка из прожитой жизни,
она рядом со мною тихонько сидит.


10. Подарочки

— Спасибо, зайка-внучка, за мобильник,
Что отдала, разжившись на смартфон!
А я тебе дарю вот свой будильник –
Не новый тоже, но надёжен он.

Не требует зарядки, обновлений
И в унитаз размером не пройдёт,
А главное – тут никаких сомнений –
Его уже никто не украдёт!


11. Преемственность

   Текут, текут песчинки в угоду бытию
   Юргис Балтрушайтис

Как свет денницы и как тихий вечер,
У времени застыли на краю...
— Скажи мне, бабушка, зачем наш ветер
Уносит в море молодость твою?

Зачем песок в часах огромных тает
И убегает золотом на дно?
— Дитя моё, так вечность расставляет
Всё то, что нам на век земной дано...

— Зачем в воронке зыбкой, тонкой, узкой
Сгорает век, обратно не спеша?
— Дитя, часы крадут без капли чувства
И колыбель, и наш последний шаг.

Да, пред часами человек бессилен,
Песчинок ход нельзя остановить,
Но сквозь туман исчезнувших фамилий
Генетика несёт живую нить...

— Но мне так страшно… Вдруг иссякнут силы,
И этот весь песок сойдёт на нет?
— Не бойся, детка. Всё, что я хранила,
В твои ладони перелью, как свет.

Теки, песок! Пускай крупицы тают,
И забирают то, что быть могло…
Пока ладонь твоя мою сжимает,
В душе пребудет вечное тепло...


12. Свет сквозь песок

У солнца – просолённые ладони.
Стоит оно у моря босиком
и тихо смотрит, как в стеклянном доме
песок струится тонким ручейком.

Там женщина с реликтовой камеей
и девочка, как шустрая волна.
Одна – ценить мгновенья не умеет,
другая – верит: вечность не страшна.

Меж ними только хрупкость колбы узкой,
где золотом осыпаны года.
Там каждый миг становится нагрузкой,
которую не сбросить никогда.

Но старость вдохновением согрета:
кто век прожил по полной, тот ей рад.
В ней много тихой нежности и света
среди забот, печалей и утрат.

А девочка, застывшая пружинкой,
в наивности не ведает пока,
что быстро жизнь окажется прожитой,
как этот бег песчинок сквозь века,

что будут встречи, зимы и вокзалы,
слова любви, сжигающие грудь,
что время, как песчинки, ускользает,
а речку Лету вспять не повернуть.

Ну а сейчас – лишь море, ветер, лето.
Щекочет луч девчоночье плечо.
И две души стоят у кромки света,
навек не разлучённые ещё.

И кажется: пока они – друг с другом,
пока рука касается руки,
светило, очертив обеих кругом,
замедливает времени шаги...


13. Наивное счастье

Наивным счастьем полнится душа,
она себе придумает такого
в углу полупустого шалаша,
хоть ставь то счастье в милый заголовок.

Но жизнь подправит – ей не трудно, нет! –
и твёрдо скорректирует картинку,
и станет мир на много миль скучней,
вид из окна не тот, не та начинка.

Куда-то нынче делась тишина,
и гром рычит в агонии страшенной.
И мне повестка в данность вручена
без всяких обоюдных соглашений.

Живу. Ловлю наивность за рукав,
пью тёплый чай из выщербленной чашки.
Душа вцепилась в краешек стишка
надёжно, крепко. Ей, наверно, страшно.

Куда спешат песочные часы,
перебирая жалкие песчинки?
Всё меньше сил, лысеет старший сын.
Нигде на свете душеньку не чинят.


14. Летопись времени

Замрёт прибой. Утихнет резвый ветер,
И берег моря выбелит зарю...
Былое всё и этот ясный вечер
Запишет время в летопись свою.

В ладонях детских – хрупкое начало,
В глазах почтенных – мудрости покой.
А нить песка, что годы отсчитала,
Струится чистой, светлой полосой.

И не тоскуя, не страшась исхода,
Благословляет старость этот свет...
Жива любовь! И над часами рода
Ни увяданья, ни забвенья нет...


15. Песочное время

Тихий страж на тонкой ножке
не спешит и не зовёт,
Сыплет время по дорожке
золотой сухой песок.

Не жалеет, не скандалит,
не сочувствует слезам –
он с рожденья до финала
равнодушен к голосам.

Перед ним и царь, и странник
одинаково равны.
Он минуты отмеряет
от весны и до весны.

За стеклом среди песчинок
проплывают имена,
будто тени с давних снимков,
что хранит седая мгла.

Были встречи и разлуки,
были радость и беда,
но уносит время тихо невозвратные года.

И становится понятно
возле хрупкого стекла:
жизнь не движется обратно,
как бы ни звала она.

Потому-то так бесценны
этот вечер, этот взгляд,
эти тихие мгновенья,
что песчинками летят.

И пока струится время
сквозь стеклянные края,
надо жить, любить и верить –
в этом мудрость бытия.


16. Волшебный магнит

Однажды на морском курорте,
Чуть тронув пяточкой прибой,
Мне внучка, вишенка на торте,
Сказала:
— Здорово с тобой,
 
Но только много запрещаешь –
Нельзя на солнце ушки греть,
Бежать стремглав за стаей чаек...
Хочу скорее постареть,
И делать всё, что только хочешь,
Купаться ночью под луной!
 
— Мы в детстве до всего охочи,
Да только кончилось оно.
 
И юность быстро пролетела,
Исчезла молодость, как сон,
В часах стеклянных, пустотелых
Почти осыпался песок.
 
— Никто, – скажу упрямой внучке, –
Не будет целовать, любя,
Мои морщинистые ручки.
Ну... кроме сына и тебя.
 
Купайся хоть до посиненья,
Ходи весь вечер босиком...
Но только юность, к сожаленью,
Нельзя вернуть. И в горле ком.
 
Не оттереть пигментных пятен
От сердца в старческой тоске...
...А внучка розовенькой пяткой
Крутила лунки на песке.
 
Не подымая милых глазок,
Сказала:
— Бабушка-краса,
Ты мне читала много сказок,
А в них бывают чудеса!
 
Песок не только вниз струится,
Назад отсчитывая дни,
Он может вверх лететь, как птицы!
Вот я сейчас возьму магнит,
 
Такой особый, для песчинок,
Вернётся молодость твоя!
— Ты просто душу излечила,
И снова в сказки верю я!


17. Страж времени

    Текут, текут песчинки
    В угоду бытию,
    Крестины и поминки
    Вплетая в нить свою…
      Юргис Балтрушайтис

Строгий страж в пространстве замер,
Он безмолвен, глух и слеп,
То включает жизни таймер,
То загонит в тёмный склеп.

Под его стеклянным взглядом
Тихо вьётся жизни нить:
Ткёт узор замысловатый,
Не прервать, не распустить.

Страж не знает сожаленья,
Не разжалобить слезой.
Рассыпает рой мгновений
Механической рукой.

Счастья миг, потери горе, –
Нашей жизни утлый чёлн
Разбивает в щепки вскоре
Безразличный страж времён.

Если бы в его глубинах
Вдруг иссяк источник лет,
То разверзлась бы пучина
Хаоса, исчез бы свет.


18. ***

Кто его знает, сколько осталось,
Сколько осталось песок ворошить,
Сколько осталось –
Ну самую малость
Жизнью шуршать,
Не сумея прожить
Так, чтобы было всегда
интересно.
Жизнь, остаешься ты грустной и пресной.
Или со мной только грусть проживает?
Так ведь бывает?
Конечно, бывает...


19. На волне

Длинная волна, пенные качели,
Пью вину до дна, тени не исчезли,
У моих часов весь песок исчерпан,
Белый поясок, Йорик скалит череп.
 
Что, на ход ноги? Посошок не посох!
Не кради, не лги, обитаем остров,
Детские глаза, спичечный кораблик,
Клею паруса я на те же грабли.
 
Узкогорлый мир, где песок струится,
Не исчезнет вмиг с птичьей вереницей.
Синюю спираль и двойную рюмку
Ластиком стирать буду в тёмном трюме.
 
Буду берега путать вместе с бесом,
Бледная рука, дымная завеса,
Склеивает скотч парусные рейки,
Время гонит прочь, море мочит брейки.
 
Буду до Луны подрастать к обеду,
На губах больных колупать заеду.
Здрассте, это я – босенькие ножки!
Где-то у Плеяд встретят по одёжке.


ВНЕ КОНКУРСА:

Песчинки

   И душа, как стебель тонкий
   Под росинкой скатной, никнет…
   Вячеслав Иванов

Скажи, а что потом случилось с нами?
Душа, как стебель, никнет от росы,
Смотрю подслеповатыми глазами
На хрупкие песочные часы...

Песчинки ускользают обречённо,
Я – колосок, с тобой переплетённый.
Мне будто мало света и тепла,
Хочу, чтоб жизнь помедленней текла.

И видеть небо чистым, бирюзовым,
И хаотичный мир – спокойным снова...

Не знаю, есть ли рай и есть ли ад,
Нечасто зажигаю свечи в храме.
Задумываюсь, что случилось с нами?
Падение... я помню снегопад.

   ~~~

Всем творческого настроения!
С уважением, ведущая конкурса Елена Оливвла.
Авторский коллаж – работа Елены Оливвла.