Одинокий и вдовый...

***
                Не зная, что такое жизнь,
                можно ли знать смерть?
                Конфуций

Одинокий и вдовый,
Я свой век доживал:
На далёком зимовье
Ждал последний привал.
Память гнула мне плечи,
Словно груз за спиной…
И однажды, под вечер,
Постучалось оно:

- Здравствуй. Я – твоё Горе.
Что, не ждал? Позабыл...
Посмотрело с укором,
Мол, не сразу открыл.
- Далеко же забрался,
Ни огня, ни тропы.
Ты, видать, собирался
Улизнуть от Судьбы?

Приглашай, не пристало
Как враги толковать.
Прогоняй-ка усталость,
Дуй, на стол накрывать.
Оглянувшись, как шельма,
В темноту у двери:
- Мы надолго, отшельник,
Надо поговорить –

Я тут вместе с подружкой,
Познакомься: – Беда.
Разливай на три кружки,
Угощай, как всегда.
И добавила пара,
Как поставила крест:
- Я – за давнее кара.
- Я – за прошлое месть.

Нет, они не пугали,
Всё ведь к этому шло.
Только щёки пылали,
Сердце пламенем жгло.
…Все грехи помянули,
Всё, что было давно.
И сидели, тянули
Приговор под вино.

Замолчали, итожа.
Вдруг, под яркой луной,
Тень, мелькнула, тревожа,
Кто-то глянул в окно.
Дверь со скрипом открылась –
Я забыл запереть –
На пороге застыла
Недовольная Смерть.



Без сомнений, без стука,
Не терпя мишуры,
Лишь отвесила сухо:
- Наливай четверым…
И – продолжили мучать,
Разговор был тяжёл.
А рассвет почему-то
Всё не шёл и не шёл.

А когда догорела
И оплыла свеча,
Смерть ко мне подобрела,
Стала вроде врача:
Хватку парочки сбила,
Взгляд обжёг, как угли:
- Где вас черти носили?
Что же долго так шли?

Опоздали, копуши,
Отыскав его кут.
Он давно свою душу
Взял, да вывернул тут:
Слышал Бог его думы
И, среди тишины,
Он для вас уже умер,
Вы уже не нужны...

И, кивком прогоняя
В бездну тающей тьмы,
Словно двух негодяев,
Двух смиренно немых,
Досказала с порога,
В сердце боль затушив:
- Ты живи, и до срока
Никуда не спеши.
01.06.2026