Ожидание

Я сижу у окна, и это — уже любовь. Не потому что он придёт. А потому что я сижу. Потому что мои плечи не ушли куда-то, мои руки не заняты делом, которое можно было бы сделать. Я просто — здесь. И жду. И это, оказывается, самое сложное, что я когда-либо делала.

Мне говорили: любовь — это когда вместе. Когда держатся за руки, когда говорят ночью, когда делят хлеб. Но никто не сказал, что большая её часть — это вот это. Тишина. Часы. Свет, который меняется за окном, и я замечаю, потому что не отвлекаюсь. Потому что всё моё внимание — это дверь, это звук шагов на лестнице, это воображение, которое уже сто раз нарисовало его лицо, и сто раз стёрло, потому что нарисованное не дотягивает до настоящего.

Я жду — и это не страдание. Или страдание, но такое, которое я выбрала. Как выбирают горячий душ, хотя он обжигает. Как выбирают бег, хотя ноги ноют. Я выбрала сидеть и чувствовать, как время тянется, как резина, и я внутри этого времени — маленькая, нетерпеливая, но не уходящая. Потому что уйти — значит, перестать ждать. А перестать ждать — значит, перестать любить. Или любить по-другому, не так, как умею я.

Я помню, как раньше не ждала никого. Приходил — хорошо, нет — тоже ничего. У меня были дела, планы, щит из занятости. Теперь щит сломан. Я стою без доспехов, и ветер дует прямо в грудь, и я знаю, откуда он дует — оттуда, где он сейчас, где-то в городе, в машине, в очереди, в своей жизни, которая идёт без меня, но всё ещё ведёт сюда. Ко мне. К этому окну. К этому ожиданию.

Иногда я думаю: а если не придёт? Эта мысль — как холодная ладонь на шее. Я отгоняю её, или не отгоняю, просто сижу дальше. Потому что любовь — это не уверенность. Это не контракт. Это — сидеть у окна, зная, что может не случиться, и сидеть всё равно. Потому что альтернатива — не сидеть. А не сидеть — значит, не дать шанса случиться.

Я слышу каждый звук. Лифт, который гремит на этаже ниже. Сосед, который захлопывает дверь. Кошка, которая прыгает со стула. Моё сердце, которое делает лишний удар, когда я думаю, что это — он. И каждый раз — нет. И каждый раз — я снова здесь, снова жду, снова люблю. Потому что любовь, оказывается, не в моменте встречи. Она в этих моментах — между. В том, что я не заполняю их ничем другим. Что я оставляю пустоту, и пустота ждёт его, как я.

Мне кажется, я никогда не была такой, как сейчас. Такой открытой. Такой беззащитной. Такой — настоящей. Когда он здесь, я улыбаюсь, говорю, готовлю, смеюсь. А когда жду — я просто я. Женщина, которая выбрала одно окно, одно кресло, одно направление взгляда. Женщина, для которой весь мир сейчас — это звук шагов, который ещё не раздался.

И вот он раздаётся. Я узнаю походку. Или не узнаю, просто чувствую, как что-то внутри поднимается, раскрывается, готовится. Я встаю. Или не встаю, сижу, чтобы он застал меня такой, какая я есть в ожидании. Чтобы он увидел, что я не делала, пока его не было. Чтобы он понял, или не понял, — мне всё равно, — что эти часы, эта тишина, эта я — всё это было для него. Всё это было любовью.

Он открывает дверь. Я смотрю на него. И в этот миг я понимаю: я не ждала, чтобы он пришёл. Я ждала, чтобы вот этот миг — когда он здесь, и я здесь, и между нами всё, что было до, — чтобы этот миг случился. И он случился. И я в нём. И это — любовь. Не в приходе. В ожидании. В том, что я осталась. Что не ушла. Что верила, или не верила, но надеялась. Но сидела. Но ждала.

Это всё, что я умею. Это всё, что я даю. Это — я.