джаз. коты. и исчезающие люди

наоко осталась в лесу.

веревка на ветке.
дальше тишина.
лес идет вниз
под станции,
под города,
под чужие дома.

по утрам на иглах сосен
застывает вода.
по ночам тишина.

такая густая, липкая,
что слышно,
как сердце сбивается с ритма.

если долго идти между елей,
можно увидеть наоко.
она стоит среди ветвей.
смотрит куда-то вперед.
чего-то ждет.

сумирэ сидит в круглосуточном кафе.
остывает кофе.
медленно тает рассвет.
она пишет письмо,
но строчки теряют дорогу,
и каждое слово
сводит себя на нет.

за окном начинается ветер.
на крыши ложится туман.
и несколько рыб,
заблудившихся в небе,
падают вниз
на пустой тротуар.

никто не кричит.
никто не бежит.
город давно научился молчать.
здесь слишком много странного,
чтобы удивляться опять.

кафка идет вдоль прибоя.
один.
море качает седую луну.
волны приходят,
уходят,
приходят,
словно пытаются вспомнить
старую тайну одну.

но память морская
темная,
как глубина.
она поднимает на берег
обломки,
водоросли,
имена.

кафка садится на мокрый песок.
смотрит,
как тает закат.
и где-то вдали,
между морем и небом,
кружится стая уснувших птиц.
или рыб.
он не знает.

да это уже и не важно.

цкуру встречает последний состав.
на станции пусто.
фонарь над перроном дрожит.
возле скамейки сидит старый кот.
полосатый,
ободранный,
рыжий.

кот говорит человеческим голосом.
спрашивает,
который сейчас час.
цукуру молчит.

некоторые вещи
лучше оставить без фраз.

поезд приходит.
поезд уходит.
рельсы теряются вдалеке.
ведь все расставания в мире
звучат одинаково
в этом железном гудке.

под городом дышит другая страна.
там нет ни июля,
ни марта.
там зверь охраняет ворота во тьму.
там тени живут без возврата.
там можно оставить свое отражение.
оставить печаль.
оставить лицо.
и дальше идти налегке.
но сердце останется там,
за стеной,
в далеком заснеженном городке.

спящая девушка видит во сне
длинный пустой переход.
красный сигнал.
провода.
темноту.
и дождь,
что по крышами бьет и бьет.

она идет по безлюдной дороге.
и город становится нем.
лишь джаз льется
из чьих-то окон,
как свет из невидимых стен.

симамото приходит со снегом.
всегда со снегом приходит она.
и воздух становится тонким,
хрустальным.
и в каждом стакане дрожит тишина.

она улыбается.
тихо. устало.
и этого хватит вполне,
чтобы старые раны опять задышали.

ночь становится глубже.
лес подходит к морю.
море подходит к путям.
сумирэ поднимает глаза к созвездиям.
кафка не верит словам.

цкуру ждет у платформы.
спящая девушка
не может проснуться никак.
а наоко все так же стоит среди сосен,
где ветер качает мрак.

если прислушаться очень внимательно,
можно услышать вдали,
как коты разговаривают между собой
о любви,
об исчезнувших людях,
о том,
почему мы когда-то сами ушли.

джаз льется все тише,
уходя под лед.

танцуй,
пока что-то держит тебя.
пока не закончился счет.

танцуй,
пока ночь не закрыла все двери.
пока не погасли огни.
пока за последним тоннелем
не дрогнут
безмолвные тени твои.

а дальше
лес.
море.
фонарь над пустым перекрестком.
шаги,
затихающие во мгле.
и чей-то знакомый голос,
зовущий тебя по имени
там,

где уже никого нет.