Книга IV, Варежка, часть 26

Часть 26.

Пропала.

Надо отдать юмору жизни должное. У меня тоже есть соседка-бабка-сталкер. Та самая, что сидит у подъезда и знает всё. Когда я выхожу, когда захожу, с кем, в чём. Она смотрит на меня и ждёт. Как и кучка бывших коллег, «которые как все». Они наблюдают за моей жизнью. Листают, проверяют, ожидают движения. Но его нет.

В январе я пропала на месяц. Просто исчезла. Не было постов, не было песен, не было «эфиров». Тишина. Кто бы спохватился? Кто бы забил тревогу? Никто. Потому что я не звезда, что не может отменить свои концерты. Я не та, чьё исчезновение заметят СМИ.

Всё это уже у меня было. Десять лет назад. Я знаю, как это — быть на сцене. И я знаю, как это — быть никем. И второе мне, порой, нравится даже больше.

Потому что теперь я сама решаю, когда появляться, а когда исчезать. Моя жизнь — не реалити-шоу для соседок и бывших коллег.

Им нужен движ? Пусть ищут его в другом месте.
Движение и попытка постоянно удивлять публику париками - это к первой леди чартов, пожалуйста. Некоторые даже не могут прочитать ее имя правильно на латинице, просто они не знают английский язык, они, может, выросли в деревне, как и я.

У меня — тишина. Заслуженная. Моя.

...И мне, если честно, не нужны парики, чтобы быть услышанной.

И мне не нужен продюсер, что известен лишь по эпизоду романа, где он сам себя представляет маленьким мальчиком.

Маленький мальчик и великий продюсер — моя мама бы заценила. Ты молодец. Сочетаешь несочетаемое. Прям как и я.