А ночь беззвездная безлунность
В руках чужих не твой аршин,
Назавтра попранная юность
Отпишет манускрипт морщин.
И вспомнишь ситцевое платье
И взгляд, а в нем – весны подтекст,
И опустевшее распятье –
Тот самый, самый тяжкий крест.
Там, где незримы пилигримы –
Грехи отпущены на вес,
Мы гонимся, но мы гонимы
За небесами от небес.
Ты написал пейзажи в лицах
И стер с портретов сотни лиц,
Ведь ты так много знал о птицах,
Что чуть не стал одной из птиц.
Но слов не нужно, снов не надо.
Их было много – не сбылись,
Порхнувши как-то виновато,
Ввысь.
-
-
-
Из первой книги стихов "Разговор с рассветом"
Свидетельство о публикации №126060102754