То, о чем не спрашивают

Мне не нужны звёзды. Мне нужно, чтобы кто-то заметил, что я смотрю на них одна, и просто сел рядом. Без слов о величии космоса. Просто сел. И молчал так, чтобы молчание не давило.

Я хочу, чтобы меня спросили не «как дела», а «что болит». И не отвернулись, услышав ответ. Потому что честный ответ — это тяжесть, которую я ношу в сумке за спиной, делая вид, что она пуста. Я устала делать вид.

Мне хочется иногда быть глупой. Не в смысле «милой-глупенькой» из рекламы. А в смысле — не знать. Не знать, как всё устроено, кто кому должен, что будет завтра. Сесть на пол и собирать пазл, который никто не просил собирать. И чтобы это не называли «убиванием времени». Время моё. Я убиваю его, как хочу.

Я хочу есть хлеб и чувствовать вкус хлеба, а не калории. Хочу спать до полудня и не слышать слово «лень». Хочу плакать в метро и не прятаться за волосами. Потому что плач — это тоже дыхание. Просто другое.

Мне нужно, чтобы кто-то помнил, какой чай я пью. Не потому что это важно. А потому что это значит: я важна. Не как идея. Как тёплые руки, как голос с утра, как человек, который бывает разным — и всё равно остаётся.

Я хочу работу, которая не съедает. Детей, которые не лечат мою пустоту. Мужчину, который не спасает, а просто идёт. Друзей, с которыми можно молчать. И иногда — совсем никого. Потому что одиночество тоже бывает голодным, и оно тоже хочет быть накормлено.

Мне хочется верить, что красота — это не то, как я выгляжу, когда готова. А то, как я выгляжу, когда забыла, что кто-то смотрит. Что ум — это не то, сколько я знаю. А то, как я не знаю и не стыжусь этого.

Я хочу стареть видимо. Чтобы морщины не называли «следами времени», будто время — это преступление. Чтобы седина была просто цветом. Чтобы тело, которое всё носило, наконец принадлежало ему самому, а не взглядам с улицы.

И ещё — я хочу хотеть. Просто хотеть. Без объяснений, без извинений, без «но ведь у тебя и так всё есть». Да, есть. Но внутри меня живёт ещё кто-то, кто хочет больше, чем есть. И я не знаю, кто она — эта внутренняя. Но я не хочу её глушить. Потому что когда перестаёшь хотеть — перестаёшь быть.

Вот мои желания. Они не громкие. Они не на подиуме. Они сидят в углу, прикрытые газетой, и ждут, когда я подойду. Я подхожу. Медленно. Не каждый день. Но подхожу.