Человечность

  Мария Ивановна сорок лет проработала санитаркой в Больнице водников. Содержимого уток и суден, которое она отправила в больничный клозет, хватило бы заполнить Бискайский залив. Страна отблагодарила её мельхиоровой медалью "Ветеран труда", почётной грамотой и семьюдесятью рублями пенсии. Мария Ивановна не роптала на судьбу. Появившись на свет божий в 1907 году, она помнила времена, когда чёрная икра продавалась из бочек, а отец на праздники дарил детям по золотому червонцу. Окончив школу при Михайловской церкви, Мария читала на старославянском и отлично считала в уме, что для человека её поколения встречалось нечасто. После революции отец лишился двухэтажного дома на Слободке и собственной кондитерской на Преображенской. Собрал пожитки и увёз семью в Очаков. Мария вышла замуж за этнического грека, родила сыновей, а после войны вернулась в Одессу начинать жизнь с нуля.
  Как-то в отделение внутренних болезней поступил бывший капитан с острым гастритом. Его положили у окна отрешённого и жёлтого, как осенний лист. После капельницы, придя в себя, он делал пометки изящной ручкой в своём дневнике, словно боялся упустить что-то важное. Ни жена, ни дети не навещали его. Да и были ли они. Мария Ивановна приносила ему домашний бульон из базарной курицы и настой подорожника. В конце концов под натиском уколов и процедур гастрит сдался. Моряк ожил, стал понемногу ходить и реагировать на шутки. Перед выпиской он позвал Марию Ивановну и протянул ей PARKER с золотым пером в знак благодарности.