Бунтарь

Скрипят половицы в архиве пустом,
Я сдую пылинку с картонного тома.
Тут спрятан Бунтарь с нарисованным ртом,
И Дева, которой всё в мире знакомо.
Они не рождались на этой земле,
Не пили эспрессо, не гладили кошек.
Они - архетипы в застывшей смоле,
Набор из чудачеств и стёртых обложек.


        Ах, как они ярко умели мечтать!
        В придуманных жизнях ни капли рутины.
        Я в этих архивах люблю пропадать,
        Стирая с легенд кружева паутины.
        Тут каждый - герой, тут у каждого цель,
        Хоть их паспорта - лишь пустые бумажки.
        Налью себе чай, глядя в эту метель
        Из судеб, зашитых в цветные рубашки.


На полке десятой грустит Опекун,
Он вечно спасает придуманный город.
А рядом Искатель - наивен и юн,
Открыты ему океаны и горы.
Я знаю их страхи, я знаю их смех,
Как будто мы вместе сидим на веранде.
Они для меня человечнее всех,
В своей нарисованной, сказочной банде.

И вот я наткнулся на странный конверт,
Без штампа, без подписи, пахнет корицей.
В нём спрятан Творец, покупавший мольберт,
Чтоб заново с чистого неба родиться.
Читаю анкету и чувствую дрожь:
Тут всё про меня, от лица до повадки!
Так вот почему этот мир так хорош,
И я в этой папке - ответ для загадки!
 
Выходит, я тоже придуманный сам!
Сижу иронично в пыли картотеки.
Но раз я живой и не верю слезам,
И значит, во мне протекают все реки!
Порву этот файл, и сломаю печать,
Беру свой пиджак, улыбаясь прохожим.
Раз я не рождался - то время начать!
Мы с этим архивом ни капли не схожи!

 
        А в старом архиве всё те же мечты,
        В придуманных жизнях ни капли рутины.
        Но я выхожу из пустой суеты,
        Стирая с себя кружева паутины.
        Теперь я - герой, и теперь моя цель -
        Писать эту жизнь не на ветхой бумажке.
        Налью себе чай, выхожу сквозь метель,
        С душой нараспашку в любимой рубашке!

 
Прощай, Опекун, до свидания, Шут!
Я выбрал реальность, где ветры свежее.
Пусть новые главы во мне оживут,
И искра реальности светит сильнее!