Дуэль на Чёрной речке

Эпиграф
Как хорошо, друзья,
В своей постели
Почувствовать себя,
Как Пушкин на дуэли.
Но только чтоб потом
Здоровеньким проснуться
И сну прекрасному
Счастливо улыбнуться.
*****
Увы, друзья, под дулом пистолета
Мне оказаться, к сожалению, пришлось.
Причиною же этого "сюжета"
Быть оскорбленью чести довелось.
То был Дантес и Жоржем его звали.
Кавалергардом этот Жорж "блестящим" был.
Имея множество почётнейших медалей,
В полку элитном в Петербурге он служил.
И раз заметил я, почти совсем случайно,
В саду Дантеса с Натали моей.
Их встреча не была такой уж тайной -
Дантес давно уж благоволил ей.
Но в этот раз он перешёл "границы"
Дозволенного - низости пример.
Возможно, станет он собой, теперь, гордиться.
Ведь Жорж у нас - блестящий кавалер.
Я благороден, но ревнив - не скрою.
Такой уж у меня, признаться, нрав.
И мне не важно, тот Дантес героем
Был или не был - он, отнюдь, не прав.
Воспитан я изрядно и достойно.
Могу другим подать манер пример,
Но в этом случае, увы, я не спокоен
С Натальей наблюдая адюльтер.
И в этих обстоятельствах терпенья
Мне не достало, право, спору нет.
К ответу я призвал за оскорбленье
Дантеса. Всё же Пушкин я, поэт.
И час пришёл, готов я поквитаться.
И вот у Чёрной речки я стою.
В себе уверен. Оснований опасаться
Не вижу я у жизни на краю.
Дантес уж здесь.  Играет пистолетом,
Слегка облокотившись о барьер.
Высок и статен он, но, всё ж, при этом
Я - благородства истинный пример.
Ему я первый выстрел предоставил.
Имеет право он - таков закон.
Ведь кодекс чести навсегда избавил
От выбора всех тех, кто оскорблён.
Данзас команду прокричал: "К барьеру!"
Мы двинулись навстречу. Этот путь
Короткий, но судьбою он измерен.
Десять шагов всего. О суете забудь.
Вся жизнь мелькает, словно киноплёнка,
И ждать недолго - близок эпилог.
Жорж выстрелил в смущеньи, как в ребёнка.
Великодушен он, но, всё ж, "свернуть" не мог.
О, это время! Этикет и политесы.
На оскорбленье надо отвечать.
И не важны здесь достижения прогресса -
Ты на дуэли  вынужден стрелять.
Дантес стрелял в меня, по праву, первым
На расстояньи десяти (всего!) шагов.
И он попал. Ведь он герой. Стальные нервы.
И я упал. Удар в живот таков
Я получил, что тут же задохнулся
От боли, вмиг пронзившей естество.
Но, всё же, я Дантесу улыбнулся:
"Продолжим, сударь.
Честь - прежде всего".
Я выстрелил, облокотясь на локоть.
Попал иль нет, теперь уж всё равно.
Сознанье меркнет,
Пред глазами "копоть".
Судьбою всё уже предрешено...
Вдруг где-то рядом
Громкий звон раздался.
Я вздрогнул разом и  глаза открыл.
Я неглиже в кровати оказался:
"Да это ж сон всего лишь только был!"-
Вскричал я радостно,
При этом очень громко.
-"Да что с тобой?" - откликнулась жена.
"Похоже перебрал ты на помолвке
У дочери. Тут истина видна.
Спи дальше и, прошу я, успокойся.
Ну сколько можно "сказки" сочинять!
А то вставай уже, сходи умойся,
Но не мешай. Дай в выходной поспать".
Вот так, друзья,
Ведь может же случиться
Поэтом стать, хотя бы раз, во сне.
Что тут поделать. Я готов смириться
И сохранить всю преданность жене.
Да, я не Пушкин, даже не Есенин
И уж совсем, друзья, не Пастернак.
Но всё ж пишу я и в себе уверен.
Поэт я, всё же, а не просто так!
И если, вдруг, придётся мне сразиться
С Дантесом, да не важно с кем, теперь -
Не подведу, извольте положиться
Вы на меня. Я на расправу - "зверь"!
Я отомщу за честь свою и за поэта.
В моей душе брат Пушкин вечно жив.
Так полюбите же меня, друзья, за это.
Душою чист я.
Против истины не погрешил.