О ней

Июньским солнцем и февральским льдом
Вошла она. Осанка — тонкий стан.
И каждый взгляд её, и каждый том
Полуобман, я снова полупьян.
Я помню вечер, тихий и простой,
Где тень листвы ложилась на сукно.
Она свой смех рассыпала, пустой
И горький, как плодовое вино.
Она ворвАлась  громом,
Развеяв полумрак и полусон.
Я стал нагим, бездомным, невесомым,
Её улыбкой дерзкой опалён.
Я прежде знал, где право, а где лево,
Где день, где ночь, где ложь, а где душа.
Она ж поёт, танцуя, как царевна,
По краю бритвы, лезвием шурша.
От этих рук, от голоса больного,
От тёмных кос, упавших на плечо,
Мне дышится мучительно и ново,
И кровь в висках стучит так горячо.
Над миром грёз, покинутых и павших,
Она разбила небеса.
И ангелы, друг друга не узнавши,
Слетались на её лишь голоса.
В её речах – туман болот и зелье,
И колдовских пожаров горький дым.
Покой и честь ей служат как похмелье,
И ад земной ей кажется родным.
Её идеи с привкусом дурдома
Безумным ветром с чужедальних скал.
Но этот бред, что ею мне ведомый,
Я б на молитву в храме не сменял.
Пусть мир кричит, что я сгорел дотла,
Что путь к ней — в пропасть, в вековую тьму,
Что в сердце мне вонзается игла...
Вы не поймете…Я не объясню…
В ней — яд и мёд, расплата и награда.
Несётся жизнь в безумный пляс.
И если за неё гореть мне надо,
Я только За! И Каждый миг! И каждый час!