Как живётся тебе с той, другой...

Она всю любовь отдавала ему,
Хранила от бед, и лечила недуг.
и верила только ему одному,
а он не заметил тех ласковых рук.

Терпенье натянуто тонкой струной.
Однажды сказал, что ему не нужна.
С вещами ушёл он к другой, молодой,
С разбитым сердечком осталась она..

«Как живётся тебе с той, другой, молодой?» —
Ты забыл сколько лет мы прожили с тобой?
Неужели ты сможешь так оставить меня
Без тебя не смогу я прожить даже дня.

Но звучит в темноте леденящий ответ:
«Я другую люблю и комфортно мне с ней
надоела ты мне и с тобой счастья нет!
Не держи ты меня, отпусти поскорей!»

Прошёл только месяц — и спала вуаль,
И он осознал в этой новой глуши:
что с новой женой в его доме печаль,
А прежняя жизнь была светом души.

Он мечется в страхе, как душу спасти,
Стоит у порога, потупив свой взор...
Но только она не сумеет простить,
Скрепляя молчаньем немой приговор.

Ему не нужна... но его не простит...



Она всю любовь отдавала ему,
Хранила от бед и лечила недуг.
И верила только ему одному,
А он не заметил тех ласковых рук.
И вдруг прозвучал леденящий ответ:
«Я другую люблю, комфортно мне с ней.
Мы чужие с тобой, у нас жизни нет!
Меня не держи, отпусти поскорей!»
Терпенье натянуто тонкой струной.
Она поняла, что ему не нужна.
С улыбкой пошёл он к другой, молодой,
Осталась с разбитым сердечком она...
«Как живётся тебе с женой молодой?» —
После страстных ночей оставил меня.
Так быстро забыл, как мы жили с тобой,
И погас наш костёр любви без огня.
Прошёл ровно месяц — и спала вуаль,
И он осознал в этой новой глуши:
Что с новой женой в его доме печаль,
А прежняя жизнь была светом души.
Он мечется в страхе, и слов не найти,
Стоит у порога, потупив свой взор...
Вот только она не сумеет простить,
Скрепляя молчаньем немой приговор.