Шакал умеет любить
Поэт без дома, без читателей, без надежды. Феликс Празанот — полная копия своего создателя, только ещё более нелепая и отчаянная. Он ночует в подъездах, ждёт возлюбленную, которая не видит в нём любви, пишет письма друзьям, называет себя шакалом — и всё равно продолжает верить, что цветок вырастет, если мир хотя бы взглядом его прочитает.
Пролог
«Мне будет трудно сказать это…»
И вдруг ему стало легко,
Словно с живого скелета
Сняли тесное трико.
Как только он промолвил
Эти томящие сердце слова,
Он рухнул на скамью без сил:
Усталость от молчания была права.
---
Нужно откинуться назад,
Извините за предпоказ
Своего написанного романа!
Я впервые поливаю сад
Вином неполного стакана.
Это метафора! Весьма умна,
Таких будет сотни
В моём произведении полусна!
Читатели мои, это не просто стихи,
Я не работаю над рифмой, ритмом,
И потому они болезненно плохи
По литературным алгоритмам.
---
Моих героев здесь немного:
Наталья Гонская, Иван Штоп,
Фёдор Чуйский
И немного моего любимчика…
Феликс Евгеньевич Празанот!
Полностью срисованный с меня —
Вдоль поэт, поперёк человек,
Ходячий манекен, в котором
Прерывисто сверкает свет.
Я — хозяин строк, прошу прощенья
За недошитые сюжетов дыры,
За свою манеру и уменья.
Но зацветёт цветок — если мир
Хотя бы взглядом его прочитает.
Он этого ждёт, как жену с утра.
Глава первая
Осень зевает у подъездов… Пора.
---
Глава 1
В подъездах многоэтажных
Жилых домов
Пришла на смену лирика
Осенних жёлтых листов.
В это время, в полдень второго,
На улицу корчилась мимика
Поэта, о ком в городе
Вместо похвальных слов
Говорят: «Не знаю такого из мужиков».
Феликс мечтал стать
Своему веку почтительным вкусом,
Тем, кого читают вдохновенным музам.
Но вот ирония! Поэты не нужны.
Все, кто пишет стихи, —
В наше время бесталанно смешны.
---
Феликс ждал в подъезде
Подругу, свою возлюбленную
Наталью Гонскую.
Правда, ни в одном намекающем жесте
Не находил он ни влюблённость, ни любовь.
Ведь когда-то, в пору былую,
Не воспользовался он назначением
Приводящих к ней мостов.
Феликс, оказывается, жил на улице,
Когда холодно — ночевал в подъезде,
От усталости стал рано сутулиться,
И на каждом своём переезде
Стало над стихами плохо думаться.
«Только что линию сюжета я придумал!
Неожиданно для тонкого ума,
Без сердечного шума
Не написал бы и строчки письма,
Не говоря уже о романе,
От которого я ухожу с ума!»
---
Наталья:
— Извини, что так долго. Ты долго ждал?
Феликс:
— От скуки вспотела чёлка.
Наталья умолкла.
Феликс:
— Видимо, бежала ко мне так срочно,
Что забыла весь гардероб.
Наталья:
— Намёк?
Феликс:
— Ну и будет денёк…
---
Вот-вот увиделись Феликс и Наталья,
С первых же минут — обиды, колки.
Ещё одна язва — и вот-вот расставанье
На никогда не открывающемся щёлке.
Феликс:
— Лишь таким мне суждено нравиться,
Нелюбимым, прозрачным музам.
Кому сдался симпатичный пьяница,
Что крепко держит у груди мусор?
---
Ох, читатели, поверьте, так лениво
Писать диалоги двух словарных людей.
Я лучше перемотаю вперёд и торопливо
Пролистаю несколько дней:
---
Фёдор:
— Если так много плохих дней,
Стоит ли задуматься,
Что это жизнь плохая?
Феликс:
— Никакая…
У меня она никакая.
В прошлом я лечил людей стихами,
А как мне тебя лечить?
Ты не понимаешь меня,
Обманываешься слезами.
Бежит, течёт время.
Тебе осталось меньше жить.
Фёдор:
— Феликс, я устал тебя терпеть.
Феликс:
— Ну так давай, надоел гудеть!
---
Боже! Сейчас будет моя любимая часть!
Держитесь, сейчас будет страсть!
Драка Феликса и Фёдора
Удар левым хуком в ухо,
Апперкотом — западня,
Под мелодию в ушах,
Под Моцарта звеня.
Снова целится удар,
И синяки во всех местах.
Феликс падает в листья,
Фёдор — в уличный прах.
---
Феликс:
— Прямо как дуэль Ленского и Евгения.
Фёдор:
— У тебя, как у Марии, не отнять воображения.
---
Феликс встал, отряхнулся,
Достал из кармана блокнот
И стал писать прощальные
Письма с подписью: Празанот.
---
Первое письмо — себе
Неужели все, кто верил в меня, так сильно ошиблись?
Кто подбадривал и душой упасть не давал мне, —
Вы правда так сильно ошиблись?
Дорогие, я шакал уже даже в своей семье,
С шакальной ухмылкой, с хваткой заросшей…
Что говорить вам? Только «Люди…» — и тишина.
Я человек, о ком говорили: «парень хороший».
Больше сказать мне нечего. Забудьте меня.
---
Письмо Фёдору
Конформизм оставил от тебя — только цвет глаз,
А дал он тебе — комплекс слова «нас».
Но ты мой друг, правда, верю,
Справишься, и когда-то я сверю
Наше рукопожатие сейчас
И как у тебя изменилась форма глаз.
Я увижу в них влагу, когда они сухи,
Я увижу, как ты полюбишь мои стихи.
---
Письмо Ивану
Мне нечего тебе сказать. Ты — музыка,
Ходячий, двуногий талант с текстами.
Дальше размоется твоя иллюзия
О своём лице, о бессмысленности,
И будет твоя жизнь — мелодичными голосами.
Твоя неполная семья, где мама заменяет двоих родителей.
Ты должен помочь ей своей музыкой,
Эпитетом, руками.
---
Эпилог
Друзья мои, друзья. Это скользкое,
В непривычной форме мне — стихотворение —
Вам. Шакал молиться будет на вашу жизнь —
Пройдёт она как гармоничное произведение.
Но все ошиблись! Шакал умеет любить, умеет любить!
Хоть и незаметно, не лезет обниматься у всех на виду,
Но шакал, уверяю вас, умеет ценить
Свою крикливую, злую семью.
Мне нечего сказать.
Мне дальше лень писать.
Свидетельство о публикации №126053105308