От подножья сурового Каратау

От подножья сурового Каратау,
Где вскипает от ярости горный поток,
Выезжал на войну по весеннему талому
Молодой, как нагорный ковыль, березок.

В жилах — кровь Шонкара, в стременах — его сила,
А в груди — соколиное сердце горит.
Земля предков батыра на бой благословила,
Сам Урал с ним сквозь бури теперь говорит.

«Эй, Егет! — разнеслось над кочевьями гулко, —
Твоя сабля остра, твои думы чисты.
Не пугайся врага и казенного гула,
Выжигай ради правды гнилые мосты!»

Он летел на коне, словно кречет над степью,
Вскинув лук, зажимая булатный клинок.
Не связать башкира серебряной цепью,
Если воли глотнул он хотя бы глоток.

Пусть поэт и воитель в железном дозоре
Был отправлен судьбой на балтийский гранит, —
Его песня звучит на степном на просторе,
Его имя земля в каждом камне хранит.

Он вернулся в Уфу — не в цепях, а в величье,
Встал из бронзы на круче, где ветры поют.
И башкирский народ в грозовом пограничье
Своему Салавату слагает салют!