Па

Немыслимо обмякнув, кочанеет тело,
Жизнь - краткий бога срок,
Прокляв мгновение, шепчу,- Осточертело,
искать из ада в рай порог.

Палач, в Евангелие не раз смотря,
патологически читает душам строки,
Свободе открываются не зря моря,
где тихи омуты безмерны и глубоки.

Я инквизицитор прошлого и пьян
одним сегодняшним забвеньем,
Грешу божественно, таков изъян
логарифмических сурмил, что дышут вдохновеньем.

Температурой живое всё болеет,
без исключения фауна и флора,
Бесчувственность беснуется, немеет
загадка зги. Устав благоволит фурора.

В этих серых будничных волнах
страсть бескрайних и нежных пустынь,
Растворяясь в песчаных холмах,
разливая при свете ночей благовонный полынь.

За церквями наружное злато,
колокольни набат - звездёж,
Мерзко быть для презренных эмпатом,
Кротких, мелочных, что невтерпёж

Материться судорожно звуком,
хаять тезисно в край вертикаль,
Отрезвев, навевается скука,
Безобразие, гидрастичен Паскаль.