Человек-антенна

Он врос в парапет, как арматура в бетон,
Позвоночник его — стальной, остроконечный шпиль.
Он смотрит не в окна, не в сны, не в угарный стон —
Он ловит эфир, где вращается пыль и стиль.

Его пальцы — иглы, дрожащие в пустоте,
Натянуты струны нервов на холодный зенит.
Он вечно на пике, на ржавой, крутой высоте,
Где каждый шов здания тихо внутри звенит.

Что слышит он там, где небо — лишь сетка камер?
Не музыку сфер, не новости, не метель.
Он слышит, как в сотах, в плену этих серых рам,
Скрипят зубы спящих, ломая ночную постель.

Вся боль этажом — от подвала до чердака —
Течет по трубам, как ток, в его острый хребет.
Он — узел системы, в котором дрожит строка:
Координаты роста. Инструкции на рассвет.

Он не человек. Он — приёмник, что видит суть,
Как «Дома» сигналы шлют через вакуум лет.
Ему бы согнуться, вздохнуть, позвоночник согнуть,
Но он заземлён. Он — штиль. Он — вмонтированный ответ.

__________________________________

The Antenna Man

He’s fused to the parapet, rebar in concrete.
His spine—a spire of cold, jagged steel.
He doesn’t look into windows, or dreams, or the gutter.
He hunts the ether where dust and static collide.

His fingers are needles, shivering in the void,
nerves tensioned against the frost-bitten zenith.
He’s spiked at the peak, in the structure’s blind spot,
where every seam of the building hums.

What does he catch where the sky is just a grid?
Not music. Not news. Not the gale.
He catches the cells, the hive, the sleepers—
the sound of teeth grinding down through the night.

Every ounce of pain—from cellar to attic—
pulses through pipes, a current surging his spine.
He’s the hub of the system, the glitch in the architecture:
Growth coordinates. Compression instructions.

He isn’t human anymore. Just a receiver,
locked in a signal loop between monolithic blocks.
He’d love to bend, to breathe, to break the spine—
but he’s grounded. A fixture. The bolt that listens.