Кокошник
распахнулся кокошник.
Удивлялась девица,
и в ладоши плескала:
«Это сколько же нужно
было выпить бокалов,
лишь бы только не спился
этот смелый художник…»
Посреди этой ночи
бились звучные волны,
потревожив косички
хитрых-мудрых плетений.
Жалко девочку очень —
очень жалко и птичку,
покидавшую полночь
с мощным рёвом ступеней.
Сверху щёлкнуло где-то —
возглас неописуем,
и лицо на зажиме
не румянее мела.
Ах, кукушка-ракета,
ты скажи мне, скажи мне:
почему ты взлетела,
почему не кукуешь?
Эти странные строки
я читал в Розмарине,
на безоблачном стайле,
игнорируя клубы.
Но румяные щёки
и румяные губы
ничего не исправят
в этой красной картине.
Свидетельство о публикации №126052900200