Роль без дублёра
Равнодушием задела за живое. Интересно, он уже рассказал об этом своей маме?
А бабушке? А дедушке? А брату и лучшему другу?
Может быть, уже сообщил любовнице или своей лучшей подруге?
Которых «никогда» не было, но они вдруг выросли из неоткуда,
Как грибы, как новостройки, в конце концов, как летом простуда.
Он меня упрекает, что я лживая, что я прикрываюсь Буддой,
Что я холодная и равнодушная, не изменюсь, всегда такой буду.
Только порядком надоела вся эта сюрреалистичность этюда.
Когда-то он сказал мне с полной серьезностью, что я хуже Иуды.
Но в данном контексте он возомнил себя, почему-то, Иисусом.
Жалкость человека в обиде — это как чай, но даже без самого гадкого или мерзкого вкуса.
Свидетельство о публикации №126052901403
