Бурмалдино

— Скажи-ка, боров, ведь не даром
Мы шли в хаммам прогреться жаром,
В турецкие бани всей толпой?
Ведь были ж схватки удалые,
Да только нынче всё иной —
Теперь салатик-Бурмалдатик
На перекус у нас с тобой.
— Да, были люди в наше время,
Любили пар, и тонну пены,
И пар стоял, и суп, и бой —
Не то что нынешнее племя:
В хаммаме спорят лишь про время
И кто хаммам улучшит свой.

Мы долго парились в Хамаме
Мы очень долго пара ждали
Ворчали Старики:
«Да где ж массажные столы?
Не могут чтоли Бурмалдиры, Поддать парку как в удалые
Вседруновские времена?»
И вот нашли большую баньку,
Есть где напариться на воле
Несут они мой суп.
У наших веники по ручкам
Чуть пар пошёл в Хамаме Дружном
И друны тут как тут!
Поел я там супца в Хамаме
И думал угощу я друна
Постой-ка Бурмалдир,
Что тут хитрить, поддай-ка пару
Да так, чтоб падали в тумане!
Уж мы напаримся в Хамаме
И будем Бурмалдить!

Два дня мы без турецкой баньки
Что толку есть нам жить без пенки?
Мы ждали 3 день.
Повсюду стали слышны речи:
«Пора добраться нам до речки»
И вот Хамам наш Дружной Встречи
Окутал тёплый пар.
Прилёг вздремнуть я у хамама
И слышно было до рассвета как ликовали молодые.
Но тих был наш Хамам закрытый: кто мылся уже весь избитый
Кто парился, ворча сердито, кусая длинный ус.
Чуть только пена засветилась,
Всё шумно вдруг зашевелилось,
Сверкнул за строем строй
Полковник наш рождён был хватом:
Слуга Царю, отец солдатам.
Да жаль его, сражён он паром,
Теперь он на полу.
И молвил он, сверкнув очами:
«Ребята не Хамам ль за нами?
Умрёмте же под ним! Как наши братцы умирали!»
И клятву верности сдержали мы в Бурмалдинский бой!

Ну ж был денёк! Сквозь пар летучий,
Недруны двинулись как тучи!
И все на наш Хамам…
Недруны парились в Хамаме
И все там с мелкими ковшами
Все промелькнули перед нами,
Все побывали тут.
Вам не видать таких парений!
Носились веники, как тени,
В дыму мой ковш блестел.
Звучал стакан, вода визжала.
Рука бойцов опять устала.
И пару пролетать мешала,
Гора лежащих тел.
Изведал враг в тот день немало,
Что значит наш Хамам удалый!
Наш бурмалдной Хамам!
Земля тряслась – как наши груди,
Смешались в кучи Бурмалдиры, друны,
И звоны тысячей чекушек,
Слились в протяжный вой.
Вот пар пошёл. Были все готовы
Заутра парится по новой!
И до конца стоять…

Вот затрещали барабаны,
И отступили Бурмалданы,
Тогда считать чекушки стали,
Товарищей считать…
Да, Хамамы были в наше время,
Горячее, лихое племя:
Пары – уже не те.
Плохая им досталась доля:
Немногие вернулись с боя.
Когда б на то не божья воля,
Не отдали б Хамам!