Старинный замок

Старинный замок прячет тайны,
И вереск рядом — что судьба.
На гобеленах лица здесь печальны.
Вода, как жизнь, уходит в желоба.

Здесь жил герой — и жертва, и палач.
Он мог любить, но не было в нём веры.
Когда-то смех его растаял в плач,
И зло в душе уже не знало меры.

Он мстил. Страдал. В глазах застыл огонь,
Став блеском, сталью, серебром, кинжалом.
Душа его покрылась мрачною бронёй,
А сердце всё горело — тем пожаром,

Не огнём, который мог спасти,
Но пламенем, испепеляя душу;
Он перестал парить душой и стал ползти
Сквозь вереск, Истину разрушив.

Гроза и перевал — его соседи вечно,
Пусть он успел и обозреть весь мир.
Его судьба — метаться бесконечно
И навсегда стереть звучанье лир.

Второй Мельмот — он не обрёл покоя,
Решая судьбы тех, кого мог полюбить.
Умение прощать он предпочёл изгою.
И сам себя, не веря, выбрал погубить.

Остался древний замок. Без радости и жизни.
В нём люди промелькнули и оборвалась нить.
Нет места здесь ни похвале, ни укоризне...
А можно было верить, жить, любить.

(Вера Матвеева, 28 мая 2026 г.).