Слушала вселенная сама...

Слушала вселенная сама,
В перекаты полночи вплывая,
Как порханий частых кутерьма
Затихала, звуки выпивая.

Обволоко-боком-волокном
Плыл волной в серебрянные сны.
Слого-поволокой луно-ком,
Отблеском вкатился в борт весны.

Ускользало, в залы ли звало,
Вальсы в пульсах пупсом танцевать.
В полусветьи, в полутьме вело,
Замерцалье перепроживать.

Замещали волны подсознанья,
Всякую конкретику размыв
Малочёткий контур узнаванья,
Разменяв тревоги на мотив.

Сто стокато тактом стрекотало.
Зла облизан  ласкою затвор
Стаяло, что долго так держало
Горло и аорту до сих пор.

Положась на волны тёмной сини,
Мирно плыл  магический портал
С доброю улыбкой афалины
Бархотною кожею ласкал.

Космосом вершины обдувало,
Ворожил на серебро простор
Стропотало, стрёком стрекотало,
Собирало в первобытный хор.

Со стараньем такты заплывали
Лили в перламутр в перебор.
Птахи ворковали нам и врали,
И толкались с пульсами в упор.

На руллады рвали в пух и прах.
Мызганное быта одеяло.
Оставляя звуки на ладах
Серенада горлом трепетала.

Шарики планет, молекул, нот
В темноте шныряя залипали
Снова в первобытный счастья код
В воспаренье де-эн-ка спирали.

Чайки со старанием покой,
Били в окон стёкла сдуру, слёту.
И скакали в пазухе ночной,
Беолоночьной склянки - первоноты.

И шагренью сохло на гвоздях
Божески-магическое время.
Порассыпанны по гроздям вдохи птах.
Ах, как сладко первобытно щемит.

Ночь наколдовала в соловьях,
Всем неспящим, неспеша расстаться
Медленно качаясь на волнах
Афалине всплывшей улыбатся.

Слушала вселенная сама