Застой

6—2—7 — нажимает рука код подъезда.
Движения заучены, колебаний не будет.
Теперь замечаю я: мир — это место,
Где эрос и танатос словно на блюде
Все подано, понял я, что все топонимы
Тонут в беззвучной пене дней.
Бибирево, Кунцево, Марьино — все одно —
Тысячеликий бетонный улей.
Но дверь не поддалась, стою как юродивый,
В руках портфель и связка ключей.
Прохожие вертятся, смотрят, обходят меня.
Весь мой район, моя цепь фонарей —
Все одинаково и где бы ты ни был,
Нет полутонов в размеренном сне.
Есть люди, считающие свою прибыль.
Есть люди, теряющиеся на дне.
Бетонные соты советских панелек.
Рядами тополи. Мыслей нет.
Зайду я в квартиру, там дедовский телек
Трещит об исчезнувшем в море лет.
Мне как–то сказал мой приятель из школы,
Что природа циклична и будет застой
Дни потекут, но каждый день новый
Будет смахивать на другой.
Наконец, я вспорол двери брюхо
Мне дверь заклинив, заскрипела: "постой"
Обернулся: на районе тоскливо и глухо.
Я подумал, что это и есть застой.
И весь мир пустой.
Слякоть, мор простой.
И не жалко столь,
Что вокруг застой.
Нас ведет лишь вой
Окон, крыш, оград.
И вокруг застой,
Но ему я рад.