Ты не считаешь меня странным

Ты не считаешь меня странным — и это почти непривычно,
Я столько лет был для мира лишь шумом ночных электричек.
Во мне слишком много осени, пепла, пустых состояний,
И люди обычно боятся таких бесконечных молчаний.

Я прятал усталость под куртками, музыкой, что добивает,
Смеялся так громко, как будто внутри уже ничего не ломает.
Но ты почему-то умеешь смотреть сквозь всю эту усталость,
Как будто во мне ещё что-то живое осталось.

Во мне слишком много закрытых, запыленных временем комнат,
Где прошлое ходит кругами и что-то забыть не даёт нам.
Где детство сидит у стены с обречённо потухнувшим взглядом,
И учится снова дышать, если ты появляешься рядом.

Мне страшно от этой внезапной, нелепой и тихой свободы,
Ведь я привыкал быть чужим среди шума, людей и погоды.
Но ты остаёшься спокойной, когда меня штормит изнутри,
Как будто вся тьма во мне — просто поздний фонарь до зари.

И, может быть, дело не в том, что ты лечишь чужие провалы,
А в том, что впервые мой внутренний холод не кажется сырой ямой.
Ты просто сидишь в этой ночи, где всё до предела не просто,
И даже молчание рядом не кажется чем-то тревожным.