Тюлень и Пингвин

На краю ледяной Антарктиды, где снег не тает веками, жил старый Тюлень. Лёд под ним был прочен, рыбы в океане — полно, а солнце светило ровно столько, сколько нужно. Но Тюлень не радовался.
— Пингвин, — сказал он однажды, — я сыт. Однако с каждым днём мне всё тревожнее от этой глади и тишины. Я чую: скоро грянет катастрофа. Лёд треснет, вода поднимется и смоет наши лежбища.
Пингвин, только что купивший у чайки свежую газету «Крики Антарктики», кивнул с важным видом:
— Ты прав, сосед. Вот пишут: «Антарктида — главный источник будущего повышения уровня моря». Ах, как захватывающе! Я уже представляю, как волны заливают гнёзда альбатросов. Главное — чтобы мы с тобой стояли в сторонке и смотрели.
— А потом? — спросил Тюлень.
— А потом мы купим ещё газет, — ответил Пингвин. — Чтобы первыми узнать, как мир тонет окончательно. Какая скука — жить без конца света!
Тюлень вздохнул, лёг на живот и прошептал:
— Единственная настоящая катастрофа — это когда ждёшь беды, потому что не умеешь радоваться тому, что есть.
Мораль. Люди любят чужие катастрофы, как тюлени — трещину во льду: надеются, что она поглотит всех, кроме них самих. Но тот, кто желает конца света ради развлечения, уже утонул в собственной пустоте.