В полусонных глазах понимания нет...

В полусонных глазах понимания нет,
Как на лапках кошачьих подкрался рассвет.
Наступило «сегодня» или это «вчера»?
Кто в больной голове барабанит с утра?

Неуклюжий язык, как напильник, шершав.
Кто на горне трубит так фальшиво в ушах?
Кто квартиру, как утлую лодку, качнул?
Выходи, подлый трус, а то драться начну!

Кстати… Драться… Похоже, под глазом фингал.
Да я же вечером помню — отлично моргал,
Помню, несколько раз подмигнул кому надо…
Так вот откуда на шее и брюках помада!

Однако вспомнил, что почём: вчера, за коим чёртом,
Решил без всяких дураков всерьёз заняться спортом.
Путей к здоровью тысяча; и так, с чего начать?
Бегу в родной центральный парк — я в шахматы играть.

Играю явно не в гостях: знакомая скамейка.
Толпа неистово ревёт: «И мне, и мне налей;ка!»
Соперник обомлел слегка — а тут зевать нельзя.
Попробовал за фук забрать бубнового ферзя.

Обескуражен, потрясён, мычит витиевато.
Попробую добить его уже не детским матом.
Тут неизбежен был разгром — благодари судью!
Волна выносит на причал изящную ладью.

Качает клетчатой кармой, духами манит парус.
Регата ночью ждёт меня, а я с конями парюсь.
Вмиг перевёрнута доска, в беспамятстве ору,
Пытаюсь взять на абордаж смазливую туру.

Заветный завоёван приз: я в гребле академик.
Хотя трирему содержать немалых стоит денег.
Неутомимый раб любви, невольник на галере,
Отныне гребля — «намба ван» в моей спортивной сфере.