Все смертные грехи

Вот взвесился — теперь в глубоком шоке,
Когда успел я это все набрать,
Как можно так, у жизни на пороге,
Безудержно, немилосердно жрать?
   
Чревоугодье — грех не самый скверный,
Но в Гневе на домашние весы
Я впал в Уныние (грех очень, очень смертный),
Утратив даже тень былой красы.
   
В одном окне тоска, в другом — окошке —
Молодка! Ножки, от Родена грудь...
Завидую кому-то, но — немножко:
Ах, эту б прыть и молодость вернуть.
   
Нет Алчности во мне, но жаль богатства,
Которым не успел пообладать.
Не в деньгах счастье? В том-то и коварство —
Его на деньги можно прикупать.
   
Слегка Горжусь — без спеси! — чем осталось:
Огарком седины на голове,
Что мне способность рифмовать досталась,
Что бес — живой пока еще в ребре.
   
Кончаю... Сластолюбья грех остался —
В нем отблеск Прометеева огня.
Скромняга в конце списка окопался,
Но как хорош в ночи и в свете дня.
И для любви, а значит — для меня!