Трамвайчик

                «Постепенно привыкаю к бегу трамвайчика...»
               
                (Из отзыва Н.Ю.)

Неужели однажды придётся оставить все эти
луговые цветы и улыбчивый голос девчат:
«…Как поют соловьи, полумрак, поцелуй на рассвете…»,
и понять, что слова эти мне уже не прозвучат.

«Мне немало дано…». Но когда это было… И мне ли?..
Можно вспомнить. Ответить. А можно и не вспоминать.
Так давно это было, что, слушая свежие трели,
поворачивать голову как-то не хочется вспять.

Посмотри мне в глаза и придумай всю вправду в глаза мне,
ставя хлеб и кувшин с молоком, чтоб меня молоко
отрезвило слегка, потому что моё наказанье
несравнимо с твоим, что теплей и светлей моего. 

Сочинял я слова, и они, словно старый трамвайчик,
из депо на работу спеша, дребезжали слегка.
Но когда это было!.. А нынче трамвайчик словам, чьих
смыслов прежде не ведал, по-дружески звякнул: — Пока!

И опять, не придав никакого значенья, что жизнь вся
укатила в заоблачный край, что похож на самшит, 
дребезжит мой трамвайчик. Никак всё не надребезжится.
Остановку объявит — и дальше себе дребезжит.

Ошалевшие ласточки носятся в сумерках душных,
а трамвайчик бежит и под нос дребезжит: — Кабы не 
дребезжанье моё, а под ним куча мягких подушек
с холлофайбером, кто бы, скажите, узнал обо мне?
 
Так и хочется исподволь крикнуть: — Родимый, куда ты?
Пассажиры твои подыскали другое жильё.
Умываясь дождём, чьи росинки чуть солоноваты,
закругляйся в депо. Стопори дребезжанье своё.