Про ЛТП. Часть вторая

Снова,Маня,я в палате. Тут и тишь и благодать. Поднадзорным быть не катит. Но при нынешней зарплате. Нет резона выбирать. От запоя ,Мань, лечуся.Вновь попал сюда на днях. Весь от счастия свечуся. Словно ёлка весь в огнях. Вон,фингал под правым глазом. И всё  тело в синяках. А где падал я,зараза,Вспомнить не могу никак.               
Так-то тут всего хватает –
И перловка на обед.
И уколы заменяют,
В меню парочку котлет.
Каждый тут обед, как праздник.
Мы - к раздатку – словно в бой.
Санитары только, дразнят,
Что нас кормят на убой.    Это я себе представил: Комбинат. Убойный цех.     И обед,Манюнь, оставил. Чуть не вырвало при всех.То ли,Маня,ты готовишь. Щец наваристых твоих. Я поел сейчас бы. Помнишь, ты,как пили на двоих. Знаю,ты давно в завязке. Ну,а я-то, не хочу.
Масочку на рот накиинул -
И потопал к главврачу.
Он на график, мол «Привесы
Все солидные у вас.
Мол, давно бы вам, балбесы,
С водки перейти на квас.
Чую – разговор не выйдет.
Надо тактику сменить.
Говорю, чтоб не обидеть:
«Непременно брошу пить.»
- «В это я охотно верю,
Человек мой дорогой!»
Врач закрыл плотнее двери.
«Может, дёрнем по одной?»
Так мы с ним посовещались.
Стали лучшие друзья.
Говорю ему: « Абрамыч!
На убой кормить нельзя!»
Отвечает: «Предписанье
Есть секретное у нас.
Истребить всю дистрофию
И синюшников, как класс.
Будем вас кормить до дури,
Чтобы всех хватил вас шок,
Чтоб загнулись вы, в натуре,
Да от заворот кишок.
Говорю ему: Смеяться
Над убогими грешно.
Сразу вспомнилось мне, братцы,
Тут про Шурика кино.
И бежать из заведенья
Мысль коварная пришла.
Ведь от этого леченья
В кайфе только доктора.
Но трудна домой дорога.
Я тогда к себе пошёл
Отдохнуть чтобы немного.    И чтоб стало хорошо.
.Доктор,это же святое. Ангел в белом он с небес. Но частенько,вам открою. Скрыт под той личиной бес. И земное им не чуждо. Гиппократом дорожа,может вас раздеть по дружбе И ограбить без ножа.А бюджетников послушать,Ущемлённый сплошь народ. Но к станку, тудыть их в душу. Не один не подойдёт.
Снова доктора стращает
Что спиртное – страшный вред.
Про кобыл нас просвещает
Дохнут что от сигарет
Мужики мы, не кобылы.
Курим мы не первый день
А расходуем что силы?
Так копить их просто лень.
И зачем нам эти силы?
Водки нет,а женщин две.
Да и те, как две кобылы
Дать спешат… по голове.
Тётя Тома, тётя Шура.
 Это наши две звезды
Они рослые и дуры.
И не видят ни ****ы.
Нянечки те, словно змеи
Хоть и тело есть и грудь
И шипеть они сумеют
И в бараний рог свернуть
Но я ,Мань,на них ни глазом
Это Тёма,полон сил
К санитарке  Томе сразу
На предмет тот подкатил
Но та нервная зараза. Вмиг плеснула кипятком. И коленом в пах два раза, Задохнулся он потом.
Вынесли вперёд ногами
И башка разбита в кровь
Вот что с нами мужиками
Падла делает любовь.
Знаю - ты бы неприменно
Пожалела бы его
Не похож на супермена
Ну так это – ничего
Вон – в палате номер восемь –
Так дурак на дураке
Про любовь чего не спросишь
Всё хи-хи да всё хе-хе
Все блатные – будто  с зоны
Ходят – руки за спиной
Нет на пидоров закона
Цвет любимый – голубой.
Нам же эти прибамбасы
Словно дихлофос клопу
А ещё те пиндергасы
Всё кричат ку-кареку
Нам они все как будильник
Будят утром ровно в пять
А один из нах – насильник-
Всех их ходит выключать
Но однажды – незадача-
Не запели петухи
Покарал Господь их, значит,
За содомские грехи
Тут с природой не поспоришь
Неча было так орать
Бог не фраер. Он наш кореш
Их пришиб. И снова – спать.
Тут с дубинками вбегают
Наши чудо – доктора
И дебаты завершают
О похмелии с утра..
А глав врач как гаркнет с места
«Чтоб не убегать в запой!».
Двое наших в знак протеста
Вмиг покончили с собой.
Вот и этих схоронили
И зарыли во дворе
И таблички прикрутили
Что погибли в ноябре
На поминках мы кричали
Узурпаторы! Козлы!
Нам опять всем наподдали
И скрутили как узлы.
Кто-то в рожу бил нещадно,
Кто-то в задницы колол
А главврач по полю, падла,
Поиграть решил в футбол
Руки Лёхе, да за спину,
Ноги к шее прикрутил
И гонял там, как скотину
Им голы в ворота бил.
Лёха быть мячом согласный
Но не трогай честь его
В буйстве он своём опасный
А так – парень – ничего.
Соскребали раз со стенки
Пять отчаянных голов.
Психи Лёшку обозвали.
Что он, вроде, не здоров.
А его потом в палату
Под названьем №6
Вроде как бы тут в расплату
Получи фашист гранату
Не давали ему есть
Ну, а он вдруг возбудился
Двери все порасшибал
Спирт увидел
И напился.
И совсем тут буйным стал
Разошёлся не на шутку.
В морду треснул главврача
Физинструктора же «уткой»
В темя двинул сгоряча.
Те кричали и вопили
Но ярился он вдвойне!
А мы их ногами били
На войне как на войне
Вышли женщины ребята
Нет, не зря писал поэт
Что по русским по селеньям
Есть они -В чужбине – нет.
И коня-то остановит.
В избу с ворогом войдёт.
А насильника подловит.
Благо, если не убьет.
Тётя Шура, тётя Тома.
Заступились за врачей.
Говорят – Вы тут не дома.
Вы тут – пришлые вообще.
Комиссарского кто тела
Хочет спробовать!? Иди!
Всех сгребли в охапку смело.
Что там будет впереди!
Витька скалился: Я – гордый!
Подходите, ребятня!
Шура, дашь? Да нет. Не в морду.
Али все мы не родня?
Остальные возопили:
«Крупно Вите повезло».
Но тут форточку открыли
И их ветром разнесло.
Больше трёх – не собираться
Это – местный ритуал
Всё элементарно Ватсон
Мне Абрамыч вдруг сказал
Он читать стал Конон Дойля
И нести какой-то бред.
И таблетки от запоя
Принимать стал на обед
В сквере бегать стал трусцою
Всем показывать пример
Мы гордимся им – не скрою
Тоже ходим в этот сквер
Я завёл там шуры – муры
С Шурой – это всё не зря
Отменили процедуры
Завертелася земля
Вот одна из наших хроник
Как с душой , разбитой в кровь,
Наш главврач – алкаш и хроник
Нам сказал: спасла любовь
Всех погибших – оживили
В сквере – клумбы и цветы.
Все друг друга полюбили
Наши все сбылись мечты.
И колоть нас перестали
Не уходим мы в запой
Здесь мы стали крепче стали
Всех -  на выписку – домой.
А Абамычу открытки
Пишем все на Рождество..Жалко, чтотне отвечает. Ну, да это ничего.