На горе

На горе.




...а когда я, наконец, не хотел дальше идти и раз за разом оглядывался, откуда идут голоса, они насмехались надо мной, что ты же не увидишь нас, и наконец устроили что-то наподобие суда, которым я был осуждён на страшнейшие муки адовы, а перед тем на бытование в какой-то горе на протяжении восемнадцати тысяч лет.
                И. Франко
               

Вечерний день. Холодный он и пасмурный.
Восходим мы на гору над селом.
Мои родители — ещё с бордовым паспортом,
С двумя, точнее, с серп и молотком.

Змеёй тропинка вьётся среди винников,
Репейников, петровых батогов,
Высоковольтки нависает линия,
Смотрясь на горизонте в лик Днепров.

Лес. Это — лес. Не хвойный пусть, а лиственный,
Дубы в нём, клёны, ясень, верболоз,
"Ковковица"... В почтовый ящик письмами
Царь-травень красоту свою принёс.

Поляна с видом, капли с кроны падают,
Стол-самобранка. Маме — тридцать лет.
Жаль, вдалеке — не загорелась радуга,
Над речкой, что такой — в Луганске нет.

Из фляги — тосты с юбилейным "закуком"
Яиц вкрутую с фаршем из грибов,
Там дальше вверх — изрезана оврагами
Земля меж рощ в угодьях лесников.

Там скачет серна и кривое дерево,
Церковный купол в Кам. Потоках зрим...
Таким был праздник тем далёким вечером,
Что никогда мне не расстаться с ним.

Конверт-подарок, а в конверте — тысячи,
Вручил, спустившись, крёстный мой отец,
И на обложке зошита английского
"5 л." пишу, "125" я "с.".

Гора росой смеялась, словно пьяная,
Был воздух чист, и высока трава,
А если кто родился
                в сутки данные,
Тому сегодня —
                ровно тридцать два.



26.05.1994—2026.