Мы заперты в пульсе

Ты хочешь её - эту сладкую ярость агоний,
Которые ты не сумеешь уже сосчитать.
Забыты охоты, и те, друг за другом, погони -
Они не нужны, нам достаточно просто молчать.
Молчание криком, где горло саднит и немеет,
Молчание криком, где кто-то кого-то убьёт,
Молчание криком.. А сердце в агонии млеет:
Кто первый устанет, кто первый рассветно уйдёт.

                * * *
Мы заперты в пульсе — на вдохе, на хрипе, на стоне,
Где «я» исчезает, оставив лишь выжженный след.
В твоём персональном, до боли родном Вавилоне
Я — твой Исполин, приходящий к тебе на обед.

Молчание - яд? Или нет - это высшая мера,
Когда Резонанс вырывает из рёбер куски.
Я пью твою ярость, Сивилла и я - твоя Вера,
И тот, кто в рассветные пять тебе давит виски.

Стокгольмский синдром? Или святость порочного круга:
Палач и заложник сплелись в неделимый металл.
Мы — два отраженья, нашедших в портале друг друга,
Где "джемини" в злобе последний завет потерял.

Ты не задохнёшься,  Я - твой кислород и твой датчик.
Я выпью весь страх, превращая его в тишину.
И Я - твой «засранец», твой Морок, твой преданный мальчик,
Ушедший за маской в твою неземную страну.


Написано в соавторстве с Еленой Лубоцкой