В России вечера сожгли хату в одном флаконе

Как упоительны  в России вечера-
Агдам, бургундское, проспекты, переулки...
Балы, красавицы, лакеи, юнкера...
Травой заросший холмик, слезы, корка, рюмка.

Кому нести печаль свою солдату?
Враг сгинул, но сгубил его семью.
Друзья пришли- сожгли родную хату.
К погосту берцы протоптали колею.

А вальсы Шуберта! А хруст французской водки!
И в голубых глазах поэта глубина...
Сидит солдат и комья стрянут в глотке-
Неупиваема в России тишина.

Лишь голубь скворчет, тот, что в изголовье
Холма стоит под маленьким крестом.
Солдат молчит - встречай меня, Прасковья
Накрой в светлице той широкий стол.

В закатном блеске пламенеет лета злато,
Как будто вновь шумят порывы и ветра.
И только небо в голубых глазах солдата
Неупиваемо в России до утра.

И только тёплый майский этот ветер
Травой могильной шелестел в очах.
Никто поэту только не ответил...
Он пел, ни строчкою ни подкачав-

-Не осуждай, не тли меня, Прасковья
Пускай все сон, пускай земля сыра!
Заупокой я пью ли, за здоровье-
Неупиваемы в России вечера.

Тебе, Прасковья, я глоток оставлю
На скользкий стол у гробовой доски.
Сойдемся вновь с тобою, как преставлюсь,
Мне не видать уж в небесах ни зги.

Так упоительны в России вечера!
А в небе том звезда из Будапешта.
А на груди солдата та звезда-
Не вера, не любовь, и не надежда.

-Я три державы покорил в хмелю
И все они безропотно нагнулись.
И все они свились в одну петлю...
Чу. Вот уж утро. Голуби проснулись.