Красота гниения

Крошенная шелухой жеваная, жухлая кожа,
истерзанные участки истощены морщинами,
стекловидная седина падает с дрожью
на уродливые места усталыми паутинами.
Сонные глаза сцепились веками липко,
губы выравнивает неровная улыбка,
лучи нагревают гудроновое утро,
увядание покрывается перламутром.
Сожаление об утрате порождает неприятие
бывалого в своем неправдоподобии,
бесконечный ритуал создающий снятие
усиливающейся, утренней скорби. 
Они пятнами скрыть вероятно так и норовят,
для них уродство, как капли топлива,
кости под кожей отрезвляюще хрустят,
сквозь слои проникает облик уродливо.
Падая на колени к солнцу и прячась от мелкой мороси,
бегущие от своего гниения живут с красотой порознь,
от отражений к отражениями и треск их со злобы,
бушует утрата красок, чтобы считать гниение особым.
Красота — это вечно наполненные слезы, которыми плачет гниение,
вскоре любуется родством и пугается нависшей над ними тени.
Значимыми значениями легче прорези вскрыть,
сложно искать красоту, где казалось бы, ее не может быть.