***

­Где мое вечно искомое малознакомое счастье?
Я его ждал и искал, не найдя получая страданье.
Может не там и не то я искал, находил и почувствовал.
Где же искать тогда? как же и что искать? Может средь мусора?
Может на моря дне, или за городом, где-то в горах выси?
Сам себе плачущим шепотом: "ты не сдавайся, ищи. Ищи!"
Я ведь искал уже, и не нашел еще, вряд ли найду потом,
Но продолжаю, все сам себе, тем же все плачущим шепотом:
"Ты не сдавайся так просто и снова пытайся, вставай, ищи.
Лежа, ты точно забудешь о счастье, ты поиск давай, начни."

Это ведь все еще тот самый шепот, который меня бранил,
Тот самый голос, противнейший голос, который меня винил
В зле, преступленьях и в подлых интригах, в смертных семи грехах.
Я не люблю его, я ненавижу, он мой последний страх.
Он мне шептал сперва: вечно свободный я, воля моя - моя,
Но превращен в пажа, после потом слуга станет как тень раба,
Ищет, что счастье вновь, в старом страдании, но в новом знании,
Знаньи о вечно искомом и малознакомом счастии.