Сын своего отца

 Коля.
 Вот это у меня предки! Учудили. Кровный папенька бандит, а приёмные авантюристы, каких поискать! Аж гордость взяла. А этот поверенный на крысу похож. И главное, какой гад этот Борис! Покупать он меня вздумал! Да я и сам кого хочешь купить могу!
 Откажись говорит от матери с отцом! Ага, щас! Я то помню, каково мне пришлось в детдоме! Дед-то меня сильно любил и баловал как мог. Я его папой звал и вообще не понимал, что другие мальчики могут жить как-то по другому.
 Я рано заболел, но операцию и уколы помню смутно. Дед очень старался меня ни в чём не ограничивать.
 Помню его сморщенные, сухие руки, его выцветающие добрые глаза, ласковый голос.
 И вдруг однажды его не стало, а меня плачущего, увезли в огромный дом, с комнатой, в которой было полно кроватей. Там были строгие правила, а я всё никак не мог привыкнуть и меня постоянно ругали. Я постепенно замкнулся сам в себе и жизнь представлялась мне серой картиной без всяких красок.
 И вдруг однажды вечером мир перевернулся. Она стояла в игровой комнате и ждала меня. Я сначала решил, что это новая воспитательница и обрадовался, что она очень красивая. Но она была слишком дорого одета и украшена золотыми украшениями с камнями. И вдруг она сказала, что она моя мама и увезёт меня домой.
 Я ничего не уточнял, потому что сразу понял, что она не шутит и что сегодня Санька-Жердь не будет вечером меня бить. Она сказала не собирать вещи, потому что она мне купит новые, и мы пошли во двор. Когда я увидел машину на которой она приехала, раздулся от гордости, что меня сейчас на ней повезут! Детдомовские ребята повыдавливали стёкла в окнах, глядя нам в след.
 В дороге она остановилась возле огромного магазина, каких я никогда ещё не видел, и мы пошли внутрь. Я чуть не ослеп от блеска витрин. Через час я был наряжен в красивый спортивный костюм и футболку с красным джипом на груди и кроссовки со светящимися подошвами. На голове красовалась модная бейсболка, а в руках я с трудом нёс огромные коробки с железной дорогой и роликовыми коньками. Она несла пакет с новой игровой приставкой и пакет дисков с играми.
 А потом она сказала:
 - Я не знаю, как ты, сынок, но я очень голодная! Пойдём-ка перекусим.
 Я внутренне ликовал, потому что пропустил ужин, но не посмел жаловаться. Она назвала меня "сынок"! Я внутренне обмирал от счастья и всё время хотел её потрогать, чтобы убедиться, что она мне не снится. Но так и не решился дотронуться.
 Она привела меня в небольшой ресторан. Спросила, люблю ли я пельмени. А я любил их больше всей еды на свете, но мы с дедом их редко ели. Оно и понятно: жили возле леса, магазинов поблизости нет, где мяса на фарш купить? А покупать готовые, хранить дома, чтобы отваривать, дед считал слишком дорогим удовольствием. В  детском доме пельменями не баловали и подавно. А эта удивительная женщин накормила меня странными, но очень вкусными пельменями со смешным названием: "Хинкали" и лепешкой с сыром, которую она назвала: "Хачапури". И были ещё вкуснейшие шашлыки со спелыми помидорами и аппетитным луком и вкусный фруктовый коктейль. И эта красивая мама-принцесса, как я её про себя окрестил, учила меня пить его через трубочку и держать хинкали за хвостики и макать во вкусный томатный соус. И я сумел не обляпать одежду и не запачкать лицо и руки. А когда мы поели и поехали дальше, примерно через час она сказала, что устала и хочет отдохнуть. Мы остановились возле огромного здания. Припарковались и пошли в кинотеатр. Мы смотрели мультфильм про Супермена, я ел мороженое в рожке и сладкий попкорн.
 Домой мы приехали поздней ночью и я уже спал в машине. Я понимал, что меня несёт какой-то мужчина. Утром я проснулся в большой кровати, сделанной так, как будто это машина. Она была застелена бельём с самолётами, которые светились в темноте. Оказалось, что у меня есть своя ванная комната и туалет, которые я делил только с двумя мальчиками. В этой квартире тоже оказалось много детей, но не так много, как в детском доме. И их называли моими братьями и сёстрами.  Но оказалось, что с ними не надо делиться моими новыми игрушками, потому что у них были свои хорошие и они разрешали мне их брать.
 И мама меня всегда целовала на ночь и утром звала к столу. А её муж, огромный и могучий по вечерам с нами играл в железнодорожную станцию, в гонки, в приставку, клеил модели машин. Это было страстным увлечением Марка, моего нового брата. Но этот мужчина ненавидел меня. Я это сразу понял и очень боялся, что он уговорит маму увезти меня обратно.
 А потом Марк похвастался, что поедет в лагерь у моря, рядом с горами. Я ему страшно завидовал, но неожиданно он упросил своего отца отправить нас вместе. И я был рад, что не буду этого дядьку видеть всё лето. И мы поехали и мне очень понравилось. Но вскоре мы пошли в поход, и там Марка, не привыкшего жить на природе, за ногу цапнула змея. Я сразу понял, что она ядовитая. Дед учил их различать. И я знал, как нужно отсосать яд и оказать пострадавшему базовую помощь. Я и мысли не допускал, что Марк умрёт. К тому времени я горячо его полюбил и если бы ради его спасения понадобилось проглотить яд и умереть, не задумываясь пошёл бы на это.
 Вечером суровый великан приехал за нами и обнял меня у машины. И я понял, что он мой отец. А я - сын своего отца.