От двух до восьми

© Copyrights МЕЙЕРХОЛЬД Тася - Tasya MEIERHOLD
© Copyrights КОРДИКОВА Елена - Elena G. KORDIKOVA


От двух до восьми
Рассказ

Когда я училась в первом классе, в ту же школу ходил один мальчишка - мой личный враг № 1. Он постоянно задирал меня: дёргал за косички, подставлял подножки, шептал обидные слова за спиной. Я его люто ненавидела и в душе мечтала как-нибудь хорошенько стукнуть. При случае я даже дралась - правда, недолго: мама строго-настрого запрещала мне решать конфликты кулаками.

«Драться - это признак слабости, - говорила она. - Хулиганы дерутся либо от бессилия, либо потому, что у них трудная жизнь. Попробуй понять, почему он так себя ведёт».

Я кивала, но понять не получалось. При встрече с обидчиком я лишь испепеляла его взглядом и молча сжимала кулаки.

Хуже всего было то, что мы вместе ходили в музыкальную школу, которая находилась прямо во дворе. Стоило мне появиться во дворе дома или на улице, как он высовывался из окна музыкальной школы, строил рожи и грозился: «Сейчас догоню и заберу портфель!»

А когда я выходила из дома, противный мальчишка уже ждал - и дудел на трубе, нарочно фальшивя и растягивая ноты, будто издеваясь. Звук разносился по всему двору, и я невольно ускоряла шаг, чувствуя, как закипает злость.

Потом умер мой дедушка. Чтобы не оставлять одну бабушку, мы с родителями переехали в другой город. Я почти не вспоминала о том мальчишке - жизнь закрутилась, появились новые школьные друзья, новые заботы.

Спустя годы я узнала, что после моего отъезда его словно подменили. Сначала скатился на «тройки», потом на «двойки», связался с плохой компанией, закурил, запил… Дальше - хуже: ограбление, суд, тюрьма. Я слушала эти истории с горечью и каким;то странным чувством вины, будто могла что-то изменить.

Недавно я приехала в город своего детства. Ноги сами привели меня к старому дому. На месте музыкальной школы теперь стояло какое-то казённое заведение с тусклыми окнами, а на месте нашего дома вырос красивый особняк с высоченными воротами и кованой калиткой.

Я нерешительно позвонила. В ответ раздался громкий лай - из-за забора выскочил огромный английский дог и принялся метаться вдоль решётки. Я уже развернулась, чтобы уйти, но вдруг услышала:
- Оля? Это ты?!

Я обернулась. Передо мной стоял тот самый мальчишка - уже не мальчишка, а мужчина с залысинами и морщинами у глаз. Он смущённо улыбнулся:
- Твой дом теперь принадлежит одному из моих друзей. Я тут почти каждый день в гостях.

Мы разговорились. Он рассказал, что женился, остепенился, растит двоих детей. А потом, потупившись, признался:
- Знаешь, я ведь ещё с яслей в тебя был влюблён. По-настоящему. Но не знал, как это показать. Вот и задирался…

Я замерла. В голове пронеслось: а что, если бы тогда кто-то догадался? Если бы взрослые подсказали нам, как разобраться в этих странных чувствах - в этой смеси обиды, злости, ненависти и чего-то ещё, неуловимого? Может, его жизнь пошла бы по-другому? Или моя?

- А помнишь, - вдруг улыбнулся он, - как ты однажды дала мне сдачи?! Прямо в нос. Я потом неделю ходил с фингалом и… гордился. Думал: «Вот это характер!»

Я рассмеялась. Впервые за много лет мне не хотелось сжимать кулаки.
- Давай как-нибудь встретимся ещё? - предложил он. - Расскажешь, как жила всё это время.

Я посмотрела на часы:
- Боюсь, я опаздываю на электричку. Но… да, давай встретимся. В следующий раз.

- Расскажешь, как и чем живёшь сейчас, - настойчиво повторил он.

- Конечно, - как-то неопределённо кивнула я.

- Знаешь, когда ты уехала, - тихо сказал он. - Я нашёл под партой записку. Ту самую, что подсунул тебе в портфель в первом классе. Там было написано: «Ты красивая». Я замерла. В горле встал ком.

- А я тогда думала, что ты просто надо мной насмехаешься. А ту записку я сохранила как вещественное доказательство. Тогда я считала тебя самым противным мальчишкой на свете, - призналась я. - Теперь вижу, что ошибалась.

- А помнишь, как в яслях и в детском садике я тебе завязывал шнурочки на ботиночках?

Мы улыбнулись друг другу - по-настоящему, без тени прежней неприязни.

Он кивнул, будто понял что-то важное:
- Значит, увидимся?
- Да, - улыбнулась я. - Обязательно увидимся.

Я повернулась и пошла прочь по знакомой улице. И вдруг вослед мне послышались звуки неаполитанской песенки на трубе - лёгкие, чистые, совсем не такие, как раньше. Я остановилась, улыбнулась и ускорила шаг к вокзалу, чувствуя, что прошлое не давит и не удручает, а помогает идти вперёд.

https://yandex.ru/video/touch/preview/3768162555191727222

https://yandex.ru/video/touch/preview/4198694702006138339

24.05.2026