Бывает, тишина сильнее крика

Бывает, тишина сильнее крика,
Когда безумство накрывает с головой,
И рвётся горло до сухого хрипа,
А в темени гудит лишь голос твой.

Твой голос — шёлк, под пальцами скользящий,
Огонь, дрожащий в мутной глубине.
Он поднимает шторм воспоминаний,
Как будто в сердце — буря, волны мне.

Твой голос, неповторимо сладкий,
Как иней лёгкий на стекле окна.
Он сушит губы томной истомою,
К тем именам, что не вернуть навек.

Твой голос поселился в каждом звуке:
В шаге прохожих, в шорохе дождя,
В стуке колёс, в бессмысленном гудке,
В словах людей, не знающих тебя.

Забыть нельзя: ты был моей Вселенной,
Моей страницей, вырванной из книги,
Моим июлем в сердце пожелтевшем,
Моей водой в забытом роднике.

Сказать нельзя, что может быть мучительней,
Чем остаться на краю тиши,
Глаза в глаза с той мыслью, что тревожит,
И в горле горечь — не найти слова.

Что нет того, чтоб можно было забыться,
Что всё течёт, как время, не спеша.
И ты уйдёшь, как ранняя весна,
Растаяв в дымке без меня.

Бывает, тишина сильнее крика,
И в ней — моё последнее «живу».
Я сам себе и суд, и лира,
И память о тебе — как высота в строю.