00 091

скользну в вечерний океан
там только мы — потомство ночи
и месяц блудно, полупьян
ведёт меня на крест обочин
ведёт всех нас, детей порока
детей, запутавшихся в слове
ведь рано, до конца и срока
мы канем безвозмездно в коме
мы не проснёмся, будем рады
оковы сбросить скорби тленной
и получить себе в награду
кусочек рая с звёздной пеной
но, пропивая день заране
прокуривая сотни лёгких
нам не откроются все тайны
секреты снов, материй крохких
и мы одни в бессвязной речи
прогнившего поэта мира
мы променяли свою печень
на шкуру мнимого тапира
и так бежим, строча под партой
слезливо плачемся себе же
и ждём могилы чёрной в марте
чтобы страдать чуть-чуть поменьше
но быть поэтом значит цело
себя отдать на волю духу
стать всем иконой, панацеей
божком, Антихристом и Ктулху
поэт — не жизнь, но ремесло
когда ни дня без новой строчки
когда по белому бело
когда встаёшь в ночной сорочке
снося полкомнаты в придачу
бежишь к листу, пока горит
та муза живости, удачи
что тянет песню, как магнит
и пусть не вспомнят наше слово
и пусть мы будем не воспеты
но мы воскреснем здесь и снова
чтоб стать мерилами планеты