Время золотой осени поэта

Николай Иодловский


ВРЕМЯ ЗОЛОТОЙ ОСЕНИ


ВРЕМЯ

Текла,
Струилась эта ночь,
И тишина на окнах стыла,
И облака стремились прочь
Без зажигательного пыла.

Меня заела темнота,
Спасла от гибели дремота.
И овладела пустота,
Которая приснилась что-то.

«Ох, берегись, умрёшь сейчас», -
Во сне мне куст шептал ветвями…
Гремело время кандалами,
Раскинув звёздный свой палас.

Х Х Х

Оглушает мерный звон:
Ни набат, ни похоронный.
Как возник он,
     кем рождён
Этот символ монотонный?
Он разносится, крича
И калеча наши души,
Гаснет в ужасе свеча,
Я не в силах это слушать.
Затыкаю уши я,
Но тревожит звон, как тризна.
Это совесть бьёт моя,
Предвещая ужас жизни!

Х Х Х

Мы давно подопытные кролики,
Вынули мозги, а вставили ролики,
Направляют нас туда-сюда,
Давая капельку свободы иногда.

Мы радуемся, весело смеёмся
И думаем, что сами по себе пасёмся.

Х Х Х

Я извлекаю из кастрюли
Квадратный корень бытия,
Глотаю слёзы, как пилюли,
И дребезжит судьба моя.

Я извлекаю из карелки
Тройничный нерв своей души,
Бегут слепые дуры-стрелки
Часов
Из радостной глуши.

Я извлекаю из стакана
Лягушку жирную стихов.
Я мажусь сажею обмана,
Любя до боли дураков.

Х Х Х

Я выпил кубок смерти,
Но умереть забыл.
Брожу теперь фантомом,
Пугая всех подряд.

Бродить мне надоело,
Хочу в могилу лечь,
Но родственники, Боже,
Все против. Вот беда.

Я выпил кубок жизни.
Воскреснуть нету сил.
Я, как бы существую,
И как бы нет меня.

Х Х Х

Я в урну выброшу глаза,
Не видеть, чтобы жизни этой;
Взорву тротилом небеса,
Из дома сделаю ракету.
Уж лучше вырву душу я
И брошу в грязную канаву,
Чем буду впитывать отраву
Удушливого бытия.

Х Х Х

Вчера незаметно скончалась
Чистейшая совесть моя.
Уже ничего не осталось
От быта, то бишь, бытия.

И нет у неё завещанья,
И даже наследников нет.
Объявим минуту молчанья
Пред скорым нашествием бед.

Х Х Х

Надеваю маску скорби
И от горести скулю,
Потому что скорбь люблю.
Велика мне маска скорби.
Поношу, потом сорву,
Маску выброшу в траву.

Надеваю маску смерти,
Сердце рвётся из груди.
Жду бессмертья впереди,
Но мала мне маска смерти,
Тоже выброшу.
Она
И опасна, и страшна.

Надеваю маску жизни…


Памяти Вадима Кожинова

Х Х Х

Мужики как мухи мрут.
Почему? Прошу ответьте!
Жить кому-то не дают
Или хочется им смерти?

Лучший свет уходит в ночь,
Не успев пожить, как надо.
Может быть, уводит прочь
Их Господь как бы в награду?

Нет и нет! Они полны
Жаждой жизни, видит Боже;
Но часы их сочтены,
И никто им не поможет…

А потом, сквозь толщи лет,
Льётся звёзд далёких свет!

Х Х Х


Поймал за хвост я странный сон
И окунулся в сладкий омут.
Приснилось: я – Наполеон
И медленно иду к другому
Наполеону.
Мать честна,
Он тянет руки мне навстречу…
Кругом шаманствует весна
И нас теплом и ветром лечит.
Я поравнялся, Боже мой, -
Наполеон-то… надувной!

Х Х Х

Пью водку из соседского кармана,
Занюхивая пошлой болтовнёй,
Палю из деревянного нагана,
Прибитого ко мне морской волной.

Хожу на четвереньках цвета хаки.
Ну, кто я после этого, скажи?
Я – марсианин.
Друг твоей собаки,
Но только, умоляю, не дрожи!