Струнное. Паганини

Резной пассаж – и обыватель замер.
Пал в невесомость зрительный отсек.
Всё ниже смерть, тосканы и рязани,
всё ближе к чёрту двадцать первый век.

От спазма в пальцах, хруста верхней деки
триумф маэстро ввысь не отвратить.
Так струны духа гиперчеловека
внесли старлея в космос во плоти.

Осталась «соль» в пониженной октаве –
из четырёх, не рваная струна,
но тёртый лабух вылеплен из стали,
как и до срока странная страна.

И не дури внахлёст царапать вены
да жмуркой виснуть на больной струне:
не по хотенью мрак антропогенный –
по светлой воле высшего в цене.

В цейтноте лиха старище премудрый
под ворот прячет близкий цианид,
держать приход в струне от алой смуты –
не в банный день эскортнице звонить.

Бессчётный Чонкин в госпитале умер –
простынку в стирку, душеньку в окно.
Взгляни во двор – в рай сушатся на струнах,
и все с невыводящимся пятном.

Спит офис-кесарь на груди Аглаи,
так всё проспит, сермяги не признав:
осталась «соль» – расстроенная, злая,
последняя на выдумку струна.

23.05.26