Под свинцовым одеялом

Комом в горле возглас холостой
Обрывает арфу под сплетением
Солнечным. И дряхлый домовой
Шебаршащим чуть тревожит бдением.

Потухший профиль, что испит до дна
Илисто-вязким разочарованием.
И свежая словесная стрела
Вонзается сквозь рухлядь оправдания.

Выю разместивши на люнете,
Чарованный, с улыбкой на устах
Мнил себя счастливейшим на свете,
Покамест трос скользил в ее руках.

На сладостный ведясь аперитив,
Здравой воле боле не подвластный
Нырну в поток. Зашторю объектив
В перебежках с красного на красный…

Потрескивает сонно камелек 
Пламенем, глас истины хранящим.
Обращаюсь я прищуром на восток,
Где вздыхает Эвр леденяще.

Что скрывают хляби и хребты,
Резеда - ткачиха пастбищ сочных?
Грёз кубышку спрячу в подполы
В суккубовских загадках полуночных.

В свинцовом одеяле скрою стан.
Иссиня придушенное лико
Потянется в лелеянный капкан,
Клеящий ванильною мастикой.

Астении пучина захлестнет;
Что ж остается? Сдаться ее хватке?
Стекает бурных лет янтарный мед
В космологические кадки.

Заперто в постельные тиски
Ерзают взволнованные вежды.
И сгорает сердце от тоски
По млению, стегающему прежде.