Теперь я хожу коридором,
Где ветер гуляет шальной…
А то что живой
— приговором,
для сточенной роты, штрафной.
Я знаю их всех поимённо,
Хотя и фамилий не знал.
Их ветер принёс,
похоронный,
Когда я в воронке лежал.
Там пули — нахальные стервы
Свистели в ушах: «Ляжешь тут!»
Срывались последние нервы
В атаках — по десять минут.
Их было-то, этих мгновений,
Что втиснуты в куцый наш срок…
Я вынес из всех поощрений
Лишь шрам на виске, поперёк.
Простите, коль мысли крамольны,
Что режут почище ножа,
Но там, за буграми за минными,
Не стоила вера гроша.
Там бог наш — угрюмый комроты,
Что матом нас гнал на убой,
И ангелы — пулемёты,
Что сеяли вечный покой.
А я — исключенье из правил,
Живой экспонат для витрин,
Которого фриц лишь подранил
Которого Бог простил.
Теперь я хожу коридором,
Где ветер гуляет шальной…
А то что живой
— приговором,
для сточенной роты, штрафной.
Теперь я хожу коридором моему деду штрафнику
© Copyright: Абульханов Фархад, 2026
Свидетельство о публикации №126052207744
Свидетельство о публикации №126052207744
Рецензии