Даже для бешеных я оказался резким...

Даже для бешеных я оказался резким,
непримиримо дерзким,
слишком искренним, слишком опасным,
слишком большим любовником,
слишком жёстким оратором,
трибуном яростным,
с языком грязным,
проповедником дела греховного,
растлителем тела и разума,
разносчиком мыслей заразных.

Я — апостол для вмазанных,
Я — слуга нищих духом и падших,
дымом дышащий,
себя не щадящий.
Повелеваю хлёсткими фразами,
со взором горящим.
Давно не юноша,
но могу словить бледного всё ещё,
а могу и подставить плечо
тем, кто думает, что обречён,
кто слаб и в сомнении.
Станут мои слова откровением.

Стану вам другом и спутником,
маяком в океане сансары пиз**совой.
Корёжит нормисов.
Ветер кринжа попутный
поможет мутить нам мутки
в согласии с внутренним голосом.
Лают собаки, воют сирены,
Хейтеры в страхе рвут волосы,
бьются рылом об стены,
кровавой исходят пеной.
«В жопу идите, черти!»
Из этих ребят никто не боится смерти!

Нечего ждать перемену погоды.
Запомните только эти два слова:
любовь и свобода.
Всё остальное — пустое.
Простор открыт,
и нет ничего святого.