Письмена без отклика!

Мириады ночных огней,
Я в глазах твоих вижу судьбу.
И от этого только больней,
Я коснуться тебя не могу.

Не могу — и от этого больно,
Я в стихи эту боль выливаю.
Пусть строка догорает невольно,
Я тебе в них себя открываю.

Ты прочти их, прошу, без суда,
Прикоснувшись устами к строкам.
Пусть течёт моя боль, как вода,
По твоим сладчайшим устам.

Я застрял в плену расстояний,
Где меж нами стеной — города.
В этой бездне пустых ожиданий
Я останусь один навсегда.

И пускай этот крик безответный
Растворится в ночной тишине.
Ты далёкий, единственный, светлый,
Тот огонь, что пылает во мне.

Я оставлю свой след на бумаге,
В этих буквах, застывших в ночи.
Мне не нужно безумной отваги,
Ты их просто читай и молчи.

Не ищи в этих строках спасенья,
Не пытайся вернуть мне тепло.
Это просто моё откровенье,
Где мне сердце тобою прожгло.

Я продолжу писать до рассвета,
Замыкая разорванный круг.
Ты — моё безответное лето,
Мой единственный, призрачный друг.

Мириады ночных огней,
Ты зажгла их в моей груди.
Но в холодном плену ночей
Мне тепла твоего не найти.

Я привыкну к немому огню,
Что горит глубоко внутри.
Никого ни в чём не виню,
Ты мне слабость эту прости.

И за то, что посмел мечтать,
За безумие этих строк —
Мне осталось лишь пеплом стать,
Заучив этот горький урок.

Я закрою тетрадь в тишине,
Телефон опущу на стол.
Ты останешься жить во мне,
Как прекрасный, но жгучий укол.

Растворится ночной туман,
За окном зацветёт рассвет.
Этот самый святой обман —
Всё, чего у меня больше нет.

Только пепел на чистом листе,
Только тень уходящего дня.
В этой сонной ночной пустоте
Ты счастливой живи без меня.

Утром город проснётся впотьмах,
Разольётся неоновый свет.
Я останусь один в письменах,
На которые отклика нет.